• Не хотите принять участие в опросе по поводу форума? Наше мнение очень важно для нас ^^
    [тык]
  •  
    У форума появился телеграм-чат: https://t.me/omorashi_su :3

Перевод Переводы рассказов с patches.net

EverGiven

Переводчик
Начинаю оформлять рассказы с patches.net. Там было порядка 600 рассказов, опубликованные все в прошлом тысячелетии (столетии) с осени 1993 по осень 2000 года. В плане рассказов сайт был популярен видимо только в девяностые, и был первым нормальным такого плана сайтом. В 2000 году был добавлен 1% рассказов от общего числа, и потом ещё лет 14 они висели, пока осенью 2014 их не сняли, как я установил по истории сайта.

В плане навигации по рассказам сайт был сделан (по крайней мере во всех двухтысячных версиях) как-то по дурацки. Мне сначала летом было лень оттуда что-то копировать, потом лень был копировать всё. Что-то я не скопировал. что-то там глючит или потерялось. Потом ещё пришлось возиться с досовским форматирование, записывать макрос в ворде, и перед применением макроса несколько править тексты, рассчитанные на ширину экрана 80 символов . Потом ещё полгода отдыхал. Автоперевод делал посредством Google и уже обкатанных мною программ на С++, в сочетании в Far Manager. Конченую правку делал в Ворде.

Итак, первым заметным автором является Тинкер (у него порядка 50 рассказов на одну дискету, если вспомнить те времена). Потом пошли другие авторы, В основном рассказы на тему намокания одежды, но встречаются самые разные, с большинством ещё не разобрался.
 

EverGiven

Переводчик
«Бедствие Ухуры»

Автор: Тинкер, ноябрь 1993 г.

Пояснение: Уху́ра (от суахили uhuru — свобода) — персонаж научно-фантастического телевизионного сериала «Звёздный путь».

«Сообщение понято. Кирк был на связи». Капитан отложил коммуникатор и взглянул на десантную группу. «Хорошо. Вы все это слышали. Мы застряли в этом замурованном ящике. Транспортёр будет отремонтирован примерно через восемь часов. Мы не можем выйти, но никто и не может войти. В конце концов, неплохо. Мы легко можем заняться тем, чтобы выпить вместе. Так что располагайтесь как вам, эээ ... удобно.»

Вся команда усмехнулась. Спок и Маккой решили сесть в правом углу помещения размером где-то шесть на шесть метров, там же Кирк, а лейтенант в юбке Ухура заняла другой угол. Вскоре Спок и Маккой были глубоко увлечены игрой в карманные шахматы, которую они поднастроили, чтобы усложнить жизнь Споку. Было введено определённое количество удачи и интуиции, чтобы уравнять шансы.

Пока капитан Кирк сидел, скрестив ноги, на полу и пил остаток воды, Ухура прислонилась к стене и время от времени переводила взгляд с одной стену на другую, или медленно шла через подвал. «Пожалуйста, лейтенант, сядьте, выпейте. У нас впереди ещё несколько часов, знаете ли». Ухура кивнула и отошла от стены. Она села на колени и с радостью приняла кружку воды, которую предложил ей Кирк. Но через некоторое время она снова встала и начала ходить. «Извините, капитан, но у меня начали болеть колени», - извинилась она.

Кирк приподнял брови. «Я сказал тебе сесть на колени?» - удивлённо спросил он.

«Нет, никто не говорил», - улыбнулась Ухура. «Но, видите ли, моя форма была разработана с учётом мебели звездолёта».

Она выпрямила спину и поправила крохотную складку на своём красном платье. «Я понимаю, какая у вас проблема, когда вы сидите на этом грязном полу в этой прекрасной форме. Просто не обращайте внимания на пыль. Я тоже сижу на ней. Вы можете сесть на неё. На борту у нас много новой формы». Кирк похлопал по полу, и Ухура не удержалась. «Если честно, мои ноги доводят меня. Но, пожалуйста, сэр, не обижайтесь на мою форму, а?»

Затем она осторожно согнула колени и присоединилась к капитану на полу, скрестив ноги. С лёгким стыдом она избегала взгляда Кирка. «Я знаю, что это выглядит непросто, сэр, но я вас предупреждала».

«Пожалуйста, лейтенант Ухура. Я уже видел ваши трусики. Ваше платье было спроектировано без всякой мебели. Вы всегда будете проявлять себя, несмотря ни на что. И, честно говоря, мне это нравится. Очень».

Ухура счастливо улыбнулась и решила прислониться к стене. Она изящно подтянула ноги и обхватила руками шею. Маккой небрежно оторвался от своей игры, и его взор не мог не быть пойманным полностью обнажённым красным нижним бельём Ухуры. Он моргнул. Ухура одарила его самой приятной улыбкой и закрыла глаза. Медленно её колени разошлись.

Через два часа Ухура проснулась и наклонилась к капитану, который как раз в это время следил за её трусиками и всем остальным. «Пожалуйста, Джим, можно мне попить воды?»

Джим протянул ей бутылку, которую она выпила почти полностью. Затем она прислонилась к стене и начала тихонько напевать себе под нос.

Ещё через час Маккой встал и сказал остальным: «Ну, вот и всё. Извините, но я должен делать то, что мы, люди, должны делать довольно регулярно. Пожалуйста, Ухура, не обижайтесь».

Он подошёл к противоположному углу и помочился об стену. Ухура не могла удержаться от хихиканья. Спок последовал за Маккоем, и ещё через четверть часа туда пошёл Джим. Потом они снова сели, Ухура приняла другую, не менее откровенную позу, и они прождали ещё час.

Затем Ухура внезапно встала и снова начала небрежно ходить. Её внезапное беспокойство поначалу не было замечено Джимом и Споком, которые теперь были заняты убийством друг друга на игровом поле. Но Маккой улыбнулся и взял свой трикодер. Звуковой сигнал машины показал, что Ухура чем-то страдает. Она покраснела и отвернулась. «Ещё четыре часа впереди, Джим. Она не перенесёт». Кирк поднял глаза, не подозревая о ситуации. «Что ты сказал, Кости?»

«Я думаю, у нашего офицера связи проблема, Джим». Кирк посмотрел на Ухуру, которая теперь стояла прямо, твёрдо сведя ноги, и смотрела вдаль.

«Что случилось, лейтенант?» - встревоженно спросил он.

«Ничего, сэр», - пробормотала она, стиснув зубы. Джим посмотрел на Маккоя. «Какого чёрта ...» Маккой одёрнул его и сказал: «Ну, я думаю, мы все должны на мгновение взглянуть в угол, противоположный тому, где находится наш туалет». Теперь Джим понял и кивнул. Но затем Ухура резко повернула голову и сказала: «Нет, сэр. У меня есть гордость. Я не буду раздеваться в присутствии коллег-офицеров. Я буду использовать свою форму, чтобы спасти свою гордость».

Кирк снова приподнял бровь. «Извините, лейтенант, я не понимаю, что имеется в виду».

Ухура погладила своё короткое красное платье и мягко сказала: «Моя форма, должно быть, была разработана без учёта всякой мебели, капитан. Буквально. Я полагаю, она была разработана для того, чтобы женское население могло справиться с отсутствием личных туалетов». Затем она медленно подошла к туалетному углу.

Прибыв туда, она повернулась к трём мужчинам и крепко стянула своё крошечное красное платье, которое стало чуть ниже, но обнажило её грудь даже лучше, чем раньше. Затем она осторожно расставила ноги, пока её высокие, узкие сапоги не стояли на расстоянии полуметра друг от друга.

Джим только сейчас узнал типичную позу, которую принимала Ухура. Он не поверил своим глазам и поднялся на ноги: «Ухура, пожалуйста, перестань. Не надо устраивать нам такую сцену. Мы цивилизованные люди, мы МОЖЕМ смотреть по-другому».

Но Ухура покачала головой и взяла себя в руки. «Бесполезно, Джим. Я полна решимости. То, что я собираюсь сделать, для меня не так уж необычно, как вы думаете. Успокойтесь. Я сам считаю это своего рода развлечением. В любом случае, поздно».

Затем она закрыла глаза, сглотнула и глубоко вздохнула. Несколько секунд она просто стояла, расставив ноги, сосредоточившись. Она начала дрожать. Колени, казалось, раздвинулись ещё дальше, а грудь показала, что скорость её дыхания значительно увеличилась. Ей потребовалось примерно семь секунд, чтобы преодолеть мышечные рефлексы. Затем внезапно у неё перехватило дыхание, и она немного двинула бёдра вперёд. Трикодер Маккоя издал слабый сигнал тревоги, и Кости поспешно схватил его, чтобы выключить устройство.

Ухура сжала кулаки и посмотрела на свою крошечную юбку, которая едва прикрывала трусики. Под юбкой, но скрытое от посторонних глаз, её красное бельё изменило цвет на более тёмный, и затем начало капать между её ног. Она хихикнула, снова закрыла глаза и выпрямила спину. Из-под платья потекла непрерывная струя жидкости. Руки Ухуры расслабились и соскользнули с её бёдер к краю юбки. Она схватила ей и снова потянула вниз, скорее рефлексивно, чем того требовалось. Улыбаясь, полностью удовлетворённая, она выпустила всё содержимое мочевого пузыря в трусики. Ручей ровно тёк между её изящными ногами, и вскоре её высокие чёрные сапоги были окружены лужей жидкости. Ухура запрокинула голову, что-то пробормотала, ослабила хватку за юбку и медленно позволила водопаду исчезнуть. Ей потребовалось около одной минуты, чтобы перестать капать из полностью промокших трусиков.

Наконец, она вернулась к реальности, покачала головой и моргнула. Даже не глядя на троих сбитых с толку мужчин, наблюдающих за ней, она немного приподняла юбку и осмотрела своё нижнее бельё. На нём было видно довольно большое тёмное пятно между её ногами и на середине её бёдер. Слегка встревожившись, Ухура повернулась и посмотрела себе через плечо, задирая юбку сзади. Её ягодицы были такими же мокрыми, чего она и боялась. Её платье всё ещё было задрано, а ноги раздвинуты, она хихикнула: «Ой!» И повернулась к трём мужчинам.

Затем Ухура осознала всю мощь своей позы и снова медленно спустила платье, собрала вместе ноги и скорректировала свой внешний вид. Но свою обычную привычку гладить юбку, чтобы удалить складки, она оставила без внимания. Она осторожно подошла к своему углу, один раз схватившись между ног, чтобы немного подтянуть мокрые трусики, и снова прислонилась к стене. Она подтянула одну ногу и поставила ногу о стену.

«На самом деле, джентльмены, - улыбнулась она, - для меня это было развлечением. Не стыдитесь того, что вы только что видели. Пожалуйста».

Джим моргнул. «Это было твёрдым доказательством твоей гордости, лейтенант. Я искренне надеюсь, что тебе это понравилось так же, как и нам».

Ухура улыбнулась и прислонилась головой к стене. «Я думала, вам это понравится. Но поверьте, мне потребовалось немало мужества, чтобы на самом деле обмочиться. Тем не менее, это был уникальный опыт».

Через некоторое время всё начало колебаться и мерцать, и через три секунды все снова оказались на борту «Энтерпрайза». Ухура быстро вошла в роль офицера связи и первой отправилась на мостик. Затем с потоком сжатого воздуха дверь открылась, и Ухура элегантно вышла, но не в свои апартаменты, как ожидал Джим, а прямо к мосту, где она села, манипулируя лишь крохотным кусочком юбки. Она оставалась там в течение полных двух часов, и когда она наконец вышла из службы и покинула мост, никто не увидел ничего странного в её красных трусиках, которые виднелись под её платьем, которое не лежало должным образом. Многие мужчины смотрели и видели её нижнее бельё. Но знали тайну происшедшего лишь немногие.
 

EverGiven

Переводчик
Мечта Бетси

Автор: Тинкер, октябрь 1994 г.

Когда Бетси проснулась тем утром, она почувствовала себя очень странно. Нет, не то чтобы странно, скорее взволнованно. Ей потребовалось несколько минут, чтобы собраться с мыслями и понять, что это за волнение. Это было то, что её родителям не слишком понравилось бы в её возрасте. Бетси улыбнулась. Должно быть, ей что-то снилось, прежде чем её будильник сработал и грубо унёс её обратно в страну учёбы и домашней работы.

Уютно устроившись под тёплыми покрывалами, Бетси пыталась вспомнить, что ей снилось. Что-то странное, конечно. Это не имело ничего общего с мальчиками и не происходило в незнакомом ей месте. Но что именно, она не могла понять. Бетси вздохнула, выбралась из тёплой постели и пошла в туалет.

Когда она одевалась в школьную форму, Бетси всё ещё отвлекало чувство, что ей не хватает чего-то важного. Одев короткую плиссированную униформу и заправив блузку, она поняла, что в её голове всплыли маленькие кусочки её сна. По крайней мере, на ней была школьная форма, и она ходила в школу или что-то в этом роде. Но большего она не могла извлечь из своего мозга. Жаль.

Во время завтрака и по дороге к автобусной остановке Бетси больше интересовала попытка вспомнить свой сон, чем школьная домашняя работа. Она смутно понимала, что её могут попросить повторить перед классом её французский словарный запас, но это не позволяло ей сильно беспокоиться. И когда её школьные друзья приветствовали её на остановке, она вернулась к своему обычному распорядку и начала новый школьный день. К тому времени, когда начался её урок химии в 8 утра, она уже давно забыла о своём сне.

Именно в течение третьего часа, урока французского, всё неожиданно изменилось. Конечно, Бетси была выбрана для выступления перед остальными, и она знала, что это будет не очень хорошо. Но она не была так плоха во французском, так что она решила, что ей это сойдёт с рук. Для французской стороны это оказалось правдой; но где-то на полпути во время повторения Бетси осознала весьма острую потребность в туалет. Стоять перед классом ухудшало положение, и пока она пыталась вспомнить французский эквивалент слова «сапог», её сон внезапно ясно вернулся в памяти.

Бетси сразу же сильно покраснела, и это вызвало бурный смех в классе. Её учитель французского улыбнулся и воспринял её цвет лица как подсказку пропустить слово «сапог». Не то чтобы это сильно помогло. Во-первых, он вошёл в тот раздел книги, который она ещё не совсем изучила. Во-вторых, её сон слишком отвлекал, чтобы обращать какое-либо внимание на повторение. Ещё через несколько минут разгневавшийся от ужаса учитель назвал это провалом и отправил её обратно на своё место. Он пробормотал что-то насчёт «изучения всей главы в следующий раз», но Бетси его совсем не слышала. Всё ещё немного покраснев, она села и продолжила слушать урок на автопилоте.

Во время перерыва она быстро сходила в туалет и после этого снова попыталась вспомнить весь сон. По сути, она только что помочилась в трусики, но тревожная деталь заключалась в том, что она сделала это специально! И понравилось! Бетси вздрогнула при мысли об этом, что моча прошла сквозь трусики и она будет мокрая до конца дня. Конечно, в нём был элемент приключений и азарта, но нет. Это должно было остаться сном.

К сожалению для неё, Бетси вообще не могла избавиться от этого сна-мечты. В полдень она всё ещё могла думать только о своих возбуждённых чувствах, нарастающем напряжении, о крайнем удовлетворении от Moment Supreme ... Боже, это был какой-то сон! Пока она обедала со своими друзьями и участвовала в светской беседе, она немного привыкла к идее намочиться и, к своему большому смущению, начала думать о способе действительно попробовать это. Это, конечно, испортило бы весь оставшийся школьный день, и когда, наконец, было три часа дня, у Бетси было несколько идей, которые она могла бы попробовать.

Вот она погладила свою юбку. Затем она миновала автобусную остановку и направилась в центр города. На обратном пути домой она встречала несколько симпатичных скверов с достаточным количеством людей, чтобы это стоило того.

Её план состоял в том, чтобы найти какое-нибудь укромное место, отложить школьную сумку, присесть рядом с ней и начать рыться в сумке, как будто она что-то искала. Затем она аккуратно писила небольшое количество жидкости в трусики, просто чтобы посмотреть, каково это. Оно не будет видно и, вероятно, высохнет к тому времени, когда она вернётся домой. Так она и сделала. При первой же возможности она бросила сумку, присела на корточки, расстегнула сумку и достала дневник, как будто изучала его. Никто её не заметил. Бетси немного огляделась и осторожно раздвинула колени. Теперь это случится!

Пока её волнение росло, Бетси решила отложить мероприятие и перепроверить свою одежду. Её короткая юбка спускалась прямо с её ягодиц, хорошо прикрывая трусики сзади, не преграждая путь вниз. Хорошо. Юбка также прикрывала бёдра сбоку, а сумка спереди прикрывала её от любых опрометчивых поступков. Её блузка была совершенно не играющей роли. Так что её носки и туфли остались в опасности. Бетси не была уверена, что пятки её ног, которые она плотно прижимала одна к другой, не зацепят ни капли. Поэтому она немного раздвинула их и выставила пальцы ног наружу, чтобы снять напряжение в икрах. Хорошая идея поставить перед собой сумку!

Мог ли кто посмотреть на её трусики, когда она ... понимаете? Беглый взгляд направо и налево, затем Бетси немного приподняла юбку, но почувствовала, что это слишком большой риск. Поэтому с дьявольской улыбкой она достала из сумки маленькое зеркало для макияжа и стратегически прижала его к сумке. Её тайный треугольник появился полностью крупным планом, и Бетси светилась от волнения, когда думала о том, что сейчас произойдёт с этими красивыми белыми трусиками. И снова она приготовилась к неизбежному, с пальцем в своём дневнике, её колени приоткрылись и, глядя в зеркало, она осторожно выпустила крошечный кусочек мочи.

С чудесным ощущением в животе Бетси почувствовала, как её тепло распространяется в её трусики. Между её ног появилось небольшое более тёмное пятно, и она быстро закрыла кран, чтобы не повредить себе. Мокрое пятно распространилось ещё немного и остановилось. В шоке Бетси поняла, что она действительно пописила в трусики, и волшебство момента внезапно закончилось. Она быстро положила свои вещи в сумку, поднялась на ноги и с красным лицом продолжила путь домой. Господи, она мочилась, как младенец! Мокрое пятно между её ног начало чесаться, и она боялась, что её юбка тоже промокнет.

Но через минуту она поняла, что это ей понравилось, а также что абсолютно никто ничего не заметил. Они должны ничего не заметить, Бетси была уверена, потому что её чудесная юбка скрывала всё это. Даже если бы она обмочила все трусики, никто бы этого не заметил. Она была мокрая между своих ног, а не на животе; её юбка не могла касаться мокрой ткани. Эксперимент успешен! Улыбающаяся Бетси пошла дальше и начала вспоминать свой сон.

Она была в школе и по тем или иным причинам оказалась на лужайке перед главным зданием, и ей очень хотелось в туалет. Затем она действительно присела на корточки, как в действительности, и начала мочиться сквозь трусики. Только не совсем немного, а целиком. Бетси снова пришла в восторг от идеи «по-настоящему» намочить себя. Она сомневалась в этом, потому что одно дело намочить нижнее бельё, а совсем другое - тщательно намочить трусики. Но будет ли так на самом деле? Бетси подсчитала, что количество мокрой ткани между её ног будет не так уж и много, только её промежность, и что она достаточно высохнет менее чем за час. Так почему бы ей не попробовать?

Её решение было облегчено знакомым чувством надвигающегося желания пописить. Конечно, можно было бы пойти домой без туалета, но было бы гораздо удобнее выскользнуть из них, оставив свои трусики уже полностью испорченными? А потом просто выбросить их, по-настоящему хорошо добив их? Бетси это показалось весьма заманчивым. Фактически, её больше беспокоило когда, как и если. Зуд между ног потребовал дальнейшего действия, и она пообещала себе, что хотя бы ещё раз освежит небольшое пятно.

Бесконечные возможности бродили в её голове, пока она проходила мимо торгового центра на пути к следующему парку. Конечно, она могла просто снова присесть на корточки, но это казалось немного ребяческим. Однако это было во сне, и там было хорошо. Но Бетси теперь была за гранью её мечты, и ей хотелось большего, чем просто пописить в трусиках распространяясь вверх, а не вниз. Так что она могла сесть на лужайке, взять книгу, расслабиться, отодвинуть юбку в стороны и пописить прямо в трусы. Великолепно! – подумала она. Но с другой стороны всё ещё немного по-детски. По-детски, это как сидеть на скамейке и отпускать. Это было слишком похоже на сидение на унитазе в трусиках. Бетси хотелось чего-то более захватывающего; и улыбнулась при мысли, что просто писить себе в трусики под юбку, по-видимому, уже недостаточно.

Оглядываясь вокруг в поисках идей, она увидела детей, стоящих у ограды небольшой животноводческой фермы, с козами, овцами и пони, которых должна кормить публика. Всегда верный способ привлечь детей, особенно в городах. Увидев несколько девочек в платьях, Бетси чуть не взорвалась от мысли, что они могли бы обмочиться. Она покачала головой. Странно, как простая идея могла так возбудить. Некоторые девушки присели на корточки и поглаживали мягкую шерсть множества кроликов на ферме, и Бетси сразу же подумала о чём-то совершенно другом. Обмочиться было так легко, не могло быть, чтобы она была единственной девушкой, которой это нравилось!

Незадолго до того, как она покинула ферму, взгляд Бетси упал на двух девочек на краю фермы, которые играли с ягнятами. Маленькие животные бегали вокруг, пока девочки пытались их поймать. Поскольку это не сработало, девушки начали другую игру. Одна из них подбежала к другой стороне группы животных и стала гнать их к другой девушке. Эта девушка раздвинула ноги и очень сильно засмеялась, когда один ягнёнок пробежал сквозь них. Это зрелище поразило Бетси, как молния. Конечно!

Чтобы сделать что-то действительно смелое, ей пришлось бы вставать, пока она намокала, а чтобы не намочить носки и обувь, ей нужно было бы только немного раздвинуть ноги. Эврика! Бетси быстро подошла к деревьям, чтобы поэкспериментировать. Она решила, что в тени деревьев странные позы не привлекут особого внимания.

Как широко ей нужно раздвинуть ноги? Любопытно, что она посмотрела на свои ноги и раздвинула их примерно на 20-30 сантиметров, что было совершенно незаметно. Гм. «Это оставляет мне слишком мало места для ошибок», - подумала она. Один-единственный порыв ветра - и её носки промокнут. Так что она попробовала тридцать сантиметров, а потом всё до одного метра, что, конечно, было почти бесполезно на публике. Странно, что у неё не было абсолютно никаких проблем с выполнением этих «упражнений» на публике, но что она не осмелилась бы начать мочиться с такими широко раздвинутыми ногами. В конце концов, она решила, что расстояние между ступнями в идеале составляет около сорока сантиметров, как хороший баланс между сухими носками и привлечением внимания. Она тренировалась раздвигать ноги, не глядя вниз, и постепенно начала накапливать возбуждение, которое она чувствовала незадолго до того, как впервые обмочилась.

Когда она решила, что готова, она плотно натянула трусики через юбку, всё ещё чувствуя влажное пятно между ног, красиво поправила юбку и блузку и взяла школьную сумку, чтобы продолжить эксперимент. На мгновение она поигралась с идеей сделать это прямо сейчас, под деревьями, но это казалось слишком секретным. Ей нужно было больше людей, как вокруг фонтанной чаши. Бетси закусила губу и направилась к фонтану. «Это будет совершенно незаметно», - подумала она, и к тому же весьма захватывающе.

Достигнув мокрой части тротуара, она перекинула школьную сумку через плечо и держала её правой рукой. Обернувшись спиной к фонтану, она огляделась, словно кого-то ждала. Никто её не заметил. Бетси сглотнула и посмотрела на свои голые ноги, которые скрылись под её короткой юбкой. Она бы ...?

Звук фонтана облегчил решение. Да. Она бы. Теперь.

Стараясь не смотреть вниз, она раздвинула ноги. Никогда ещё такое простое движение не вызывало такого волнения. Когда она почувствовала, что начала краснеть, несколько капель воды из фонтана пощекотали её икры и заставили содрогнуться по позвоночнику. Она осознавала каждый нерв и мускул своего тела, особенно вокруг живота, мысленно следуя своему контрольному списку. Её юбка была надёжно приспущена. Её ноги достаточно раздвинуты. Тротуар был мокрым, время от времени по нему текла вода. Никто на неё не смотрел. Её левая рука! Где оставить левую руку? Она положила её на левое бедро, но тут же снова убрала, так как это слишком напомнил ей о типичной позе чирлидерши, а привлечение внимания было тем, чем она не могла воспользоваться прямо сейчас. Поэтому она схватила свой правый локоть, который висел прямо перед её правой грудью, и прижалась щекой к правой руке, как будто сомневаясь, что делать. Не то чтобы она сильно сомневалась.

Бетси была готова обмочиться. Она действительно была такой. Она чувствовала свои белые хлопчатобумажные трусики, нетерпеливо ожидающие первой настоящей волны её тёплой жидкости, и она чувствовала мягкую ткань своей юбки, удобно лежащую на своих бёдрах. Бетси снова сглотнула, закрыла глаза и начала немного давить. Из-за дрожи в левом колене она расслабила колени и напрягла икроножные мышцы. Эту школьницу в форме у фонтана никто не заметил. Она просто ждала появления своих друзей и приняла удобную позу. Но на самом деле Бетси готовилась к чему-то, что изменило бы её жизнь.

Затем Бетси почувствовала это. Это было много. Не крошечная капля, как раньше, а Настоящая вещь. Каждый нерв в её теле тревожно кричал. Она не могла держать глаза закрытыми. Теперь пути назад не было. Если бы она начала ходить, то промочила бы носки и обувь, оставила бы мокрые следы повсюду и над ней посмеялись бы. Бетси пришлось стоять на месте, немного раздвинув ноги, и молча справляться со всем, что происходило под её юбкой. Она крепко прижала левую руку к груди и глубоко вздохнула.

Секунду спустя Бетси мочила трусики. Её моча неконтролируемо хлынула на нижнее бельё, пока она кусала правые суставы. Вся её промежность мгновенно стала тёплой, затем влажной, а затем удивительно удобной и уютной. Бетси была на седьмом небе от счастья. Это было лучше, чем во сне. Ей показалось, что она слышит слабое шипение под юбкой, когда она тайно мочилась. Она наверняка слышала первые капли, когда они падали на тротуар. Вскоре капли соединились, образуя тонкую линию, и вскоре три тонких линии соединились, образовав настоящий поток.

Бетси подумала, что к этому моменту весь её живот, должно быть, был влажным. Осмелится ли она посмотреть вниз? Она внимательно осмотрела своё окружение. Конечно, никто на неё не смотрел. Звук её водопада был полностью приглушён фонтаном, как и поток между её ногами и лужа между её ступнями. Бетси всё ещё была сильна напором под юбкой, и ничто не указывало на то, что это скоро прекратится. Она вздохнула от удовольствия и посмотрела вниз.

Немного скованная грудью, она увидела, как её тёмная мини-юбка со складками аккуратно повторяет её бёдра, скрывая всё, что происходило под ней, и ничего не показывая. Её голые ноги показались ниже юбки, примерно с середины бёдер, и продолжились до носков и туфель. Между её туфлями на тротуар грохотал ручей. Бетси не могла точно определить, откуда струился ручей, но это было где-то между её ног, по-видимому, немного впереди. Это было замечательно. И так просто! Это могла сделать каждая девушка.

Бетси сделала ещё один глубокий вдох и продолжила свою непослушную игру. Волна за волной тёплой жидкости омывала её трусики под юбкой. Немного расслабившись, она начала оглядываться и, увидев, что она действительно никому не интересна, открыла кран, насколько могла. Шипение под её мини теперь было неоспоримым, и ощущение, которое она испытывала, когда весь океан струился через её трусики, было фантастическим. Это было действительно открытие. Она пообещала себе, что она, Бетси, будет дорожить своими юбками и ценить из как ничто прежде. И с улыбкой она выпустила каждую каплю, которая у неё была. Это было много.

После того, что казалось вечностью, но на самом деле прошло около двух минут, Бетси перестала мочиться в трусики и обнаружила, что стоит в большой луже, хотя и не бросающейся в глаза, учитывая фонтан, в явно мокром нижнем белье, но ничего больше. «Очень хорошо, - подумала она. А теперь главный трюк: сможет ли она потом ходить в мокрых трусиках? Возможно, по её ногам по спирали потечёт какая-то жидкость. Поэтому она бросила свою сумку перед собой и присела на корточки, прикрыв себя спереди. В этой позе она как могла стянула трусики и попыталась поднять свою юбку, чтобы увидеть, что она причинила себе. Это не сработало бы, то есть без привлечения внимания, и поэтому она решила отложить оценку ущерба до дома. Бетси взяла сумку и радостно зашагала прочь, её мокрые трусики плотно прилегали к её ягодицам, а юбка дразняще развевалась на ветру. Она запомнит этот день на всю оставшуюся жизнь.
 

EverGiven

Переводчик
Песни из леса
Эротическая сказка про промокание девушек.
Автор: Тинкер, февраль 1994 г.

От переводчика: Этот недостающий рассказ (и ряд других) я летом полгода назад считал безвозвратно утраченным. Я составил каталог рассказов на популярных сайтах, но это название ссылалось на midsummer.txt от другого рассказа, а если ссылка была кривая, то веб-архиватор нужный файл явно не сохранил, даже если я подберу название. И вот спустя полгода спустя, благодаря тому что я программист и знаю как оно устроено и мне пришло в голову, и то не сразу получилось, как ещё можно найти этот текст.

Итак, слово автору, коллеге по цеху. Настоящая детективная история, как и её восстановление. Ещё, вы наверное читали мой перевод начала "Команды мечты", первый в ветке переводов c omorashi.org.

Сначала я вообще не заметил ничего особенного в Анне. Она вошла в компьютерный класс в своё обычное время, около половины одиннадцатого утра, а я в этот момент был занят тем, что пробирался через груду университетского мусора, которая копилась за две недели каникул. Будучи местным гуру (или притворяясь им), я всегда окружаю себя сомнительной техникой и большими мониторами, и это создаёт своего рода отражающий щит, отпугивающий людей. Особенно девушки, которые без видимых причин и так очень редко встречаются в лаборатории.

Только когда я встал, чтобы сделать себе кофе, я мельком заметил, что Анна сегодня была в юбке, чего обычно никогда не носила. Анна из тех девушек, которые легко выиграют у тебя в борцовском поединке. Хотя у неё всегда длинные волосы и серьги, она не есть типичная «женщина» в обычном смысле. Больше подходит для какой-нибудь военной работы или девушек-скаутов. Тем не менее, она мне нравится, и мы вполне можем ладить как в работе, так и в неформальном общении.

Копаясь в куче барахла ещё час, я постепенно заметил, что Анна время от времени поглядывает на меня из-за своего компьютерного терминала. Я удивлялся, почему, но не обращал внимания. Когда наступило время обеда, я достал свои вещи из сумки и начал что-то жевать, тем временем просматривая компьютерные группы новостей в сети, затем обычные сцены жестокого изнасилования на alt.sex.stories (я всегда напоминаю себе, что время от времени что-то интересное проходит мимо), и мой любимый alt.sex.fetish.watersports. Недавно я запостил там довольно много самодельных историй о девушках, мочищих свои трусики, и это фантазия, которая мне нравится, и это сначала вызвало ажиотаж в группе, который медленно угасал. Сегодня было относительно тихо, и между Politico и мисс Марго шли дебаты по поводу резких заявлений, сделанных Джулианом три недели назад. Ветка про чирлидеров угасала, и было два нежелательных сообщения от непонятных BBS и гораздо менее туманных женщин, которым было что продать.

Затем я заметил, что Анна приближается ко мне, поэтому я закрыл программу чтения новостей и притворился, что смотрю на стандартный фиктивный текст, который у меня всегда под рукой для этих целей. Она присела на край моего стола и просто сказала:

«Есть какие-нибудь новости от Тинкера сегодня?»

Должно быть, что-то пошло не так, я сразу понял. «Тинкер» — это прозвище, которое я использую для общения в группах новостей о водном спорте. Я никогда не использовал его в другом месте. У меня на работе никогда ничего не бывает на бумаге, а мой файл .newsrc даже не содержит никакой группы alt.sex. Как, чёрт возьми, она узнала об этом?

Поняв, что Анна, вероятно, точно знала, о чём говорит, я просто тупо посмотрел на неё и спросил: «Кто?».

Она улыбнулась и бросила на стол распечатку моего рассказа о чирлидершах. На нём был вчерашний штамп с датой печати, и я, конечно, не распечатывал его сам. Потом я заметил в тексте слово, которое я изменил всего несколько дней назад и которое ещё не попало в Сеть.

Значит, Анна должна была иметь доступ к моим файлам, в которых история Dream Team была спрятана где-то между исследовательскими предложениями и исходниками. Хммм... Я не знал, что она знает пароль root.

Я вздохнул, улыбнулся ей и спросил: «Хорошо. Сколько ты хочешь? ».

Она засмеялась: «Нисколько, просто чтобы показать тебе, что нет смысла отрицать это. В конце концов, я возилась с твоими файлами, и это так же плохо».

Теперь она приняла более удобную позу на моём столе и скрестила ноги.

«Честно говоря, я бы и не заметила этот файл, если бы не узнала его имя».

Теперь я поднял брови. Означало ли это, что Анна читала a.s.f.ws до обнаружения моего файла? Она кивнула. «Да, я заинтересовалась материалом в Сети и прочитала твой рассказ о чирлидерше. Поэтому, когда я наткнулась на файл DREAMTEAM, я не могла удержаться от просмотра. И тогда все кусочки сложились воедино».

«Хорошо», — сказал я. — «Итак, ты знаешь, о чём я люблю писать (и читать). Скажи, тебе понравилось?»

«Ну, да, но ясно, что автор не женщина. В рассказах отсутствует определённый женский ракурс. Ты упускаешь некоторые очевидные вещи, и я думаю, ты мог бы написать что-то лучше».

«О да, наверное, я мог бы. Так?»

Анна на мгновение умолкла и посмотрела в окно. Она приложила язык к щеке, а затем сказала: «Итак, я надела единственную юбку, которая у меня есть».

Я не мог поверить своим ушам, но Анна явно не шутила, и юбка, которую она надела сегодня, говорила об этом достаточно. Это была длинная широкая юбка из тонкой шерсти, коричневая с бежевым, и, поскольку она сидела у меня на столе, я мог видеть, что на ногах у неё высокие чёрные сапоги, а колготок нет. Неужели она действительно оделась таким образом, чтобы показать мне, как она... это казалось невероятным.

Но Анна только улыбнулась и сказала мне, что есть несколько вещей, о которых я должен знать, и что она ожидает, что я буду сопровождать её после работы в ближайший парк. Тем не менее, она спрыгнула с моего стола, привычно погладила свою юбку и вернулась к своему терминалу.

Излишне говорить, что остаток дня я не был полностью погружён в свою работу, как и Анна. После трёх часов сидения она начала ёрзать на стуле, сжимая и скрещивая ноги, а в один момент положила руки на колени.

В половине третьего она подошла ко мне и просто сказала: «Ладно, пошли, я больше не могу».

Я быстро выключил машины, и мы вместе вышли на улицу, в большой, похожий на парк кампус, окружающий наш университет. Вскоре мы остались относительно одни, и Анна заговорила.

«В основном ты был прав. Женщины могут легко мочиться стоя, и ношение трусиков не представляет большой проблемы. Однако носить юбку или платье можно. А носить джинсы или другие брюки совершенно невозможно, по крайней мере, если ты хочешь..., чтобы это сошло с рук. Я полностью согласна с тобой, что юбка — единственная жизнеспособная альтернатива, если ты действительно хочешь пописить в трусиках, не выпендриваясь».

Теперь мы подошли к защищённому месту, где кто-то поставил деревянный стол для пикника и несколько грубых скамеек. В это самое холодное время года здесь было пустынно.

Анна продолжила: «Тем не менее, я бы не согласилась с тобой по поводу достоинств мочиться стоя. Это может выглядеть сексуальнее, но поверь мне, большинству женщин (включая меня) не понравится эта идея. Ты утверждаешь, что можете оставить ноги сухими, и это может оказаться так, но настоящая проблема носит скорее психологический характер. Женщинам просто неудобно делать это стоя. По крайней мере, мне. Если бы у меня не было выбора, и я в это день оказалась в юбке (маловероятный шанс!), я бы довольно быстро решила, как пописить не снимая трусики. Но я бы всегда присела на корточки. Вот так».

Она просто согнула колени и присела на корточки, приподняв юбку сзади. Она осторожно расправила юбку на коленях и убедилась, что она не касается краями земли. Она поставила свои чёрные сапоги примерно на двадцать сантиметров друг от друга и опустила юбку спереди, так что я не мог видеть её трусиков. Потом она посмотрела на меня. «Видишь? Это действительно легко».

Я сел на одну из скамеек и спросил её: «Но разница между обычным писаньем и писаньем через трусики теперь становится очень незначительной. Разве это приседание не отнимает много удовольствия?»

Она покачала головой: «Это не так. Во-первых, видишь ли, я предполагаю, что у меня действительно нет выбора и я не могу снять трусики. Если бы я могла, то, конечно, всегда снимала бы их. То есть почти всегда», - улыбнулась она. - «Но иногда это просто нельзя сделать, а так как большинство девушек носят трусики под юбками, то приходится с ними мириться. Собственно, само мочиться не такая уж большая проблема. Если ты привыкла к этому, намочить трусики не составляет никакого труда. Беда и веселье начинаются потом, когда приходится продолжать свои дела с промокшими трусиками между ног. Так что приседание отнимает лишь немного от реального действия».

Затем она продолжила:

«Кроме того, не забывай, что мочиться в штаны всегда будет волнующе и приятно, независимо от того, что ты носишь и как ты это делаешь. Уверяю тебя, чёрт возьми, ощущения по-другому, если я всё ещё ношу трусики и приседаю на корточки, чтобы пописать. Одна только мысль о том, что я собираюсь обмочиться, меня довольно сильно возбуждает. Несколько секунд перед тем, как я действительно вылью немного мочи в свои трусики, очень возбуждают, поверь мне. Момент обмочения сам по себе является первым кульминационным моментом. Или, лучше сказать, вторым. Первый всплеск адреналина вызван самим моим решением обмочиться и начать искать подходящее место, второй - когда я действительно писаю в штаны, а третий - когда мои трусики настолько мокрые, что я уже не могу это игнорировать. Это происходит через полминуты или около того. Обычно я не начинаю так сильно мочиться. Я действительно хочу чувствовать, как оно течёт сквозь мои трусики. Это такое приятное чувство.

Она закрыла глаза и прижала руки к промежности.

«В любом случае, третий момент — это когда моча начинает капать из моих трусиков, и я вижу, как она утекает в сторону из-под моей юбки. Тогда я не могу удержаться от того, чтобы по-настоящему выдернуть вилку, и обычно мои трусики промокают за секунды. А иногда даже нечто большее».

Теперь Анне явно было трудно держать себя в руках. Она сжала бёдра вместе и замычала. «Хммм... Мне просто нравится это чувство. Моя плотина может прорваться в любой момент, но мне всё равно. Я могла бы просто отпустить, но это было бы добровольно, а я слишком взрослая для этого. Теперь я принимаю меры предосторожности только на всякий случай».

Улыбаясь, она посмотрела на меня и подмигнула: «Хорошо? Теперь ты знаешь, как девушка или женщина писает».

Я хотел возразить. «Ну, теперь я знаю, почему ты так поступаешь, и спасибо за это, но я до сих пор не видел ничего существенного. Даже мельком не увидел твоих трусиков. Может быть, ты просто не надела сегодня трусиков!»

Анна рассмеялась, и ей пришлось изо всех сил пытаться удержать мочевой пузырь.

«Но... я думала об этом. Я читала твои рассказы, как ты знаешь, и я прекрасно знаю, что тебе нравится. У тебя есть выбор. Сделать это надо быстро, потому что я близка к роковому моменту. Я могу просто сделать это, сидя сейчас, как я бы сделала это сама, или я могу стоять прямо и раздвигать ноги, как твои чирлидерши».

Я был в сомнениях. «Ну, я бы хотел видеть, как твои трусики намокают, а это требует приседания, но стоя выглядит действительно сексуальнее. С этой юбкой на тебе, я думаю, я отдаю предпочтение тому, чтобы раздвинуть колени, немного приподнять юбку, а затем отпустить. ."

Она кивнула: «Я это понимаю. Конечно, ты хочешь увидеть что-то большее. Что ж, нет проблем. На самом деле, вообще никаких проблем. Пожалуйста, поверь мне, что то, что я собираюсь сделать сейчас, не нормально для меня. Я устроила это, чтобы доставить тебе удовольствие и повеселиться самой, но не жди, что я буду повторять это, ладно? Это просто не в моём стиле».

Она поднялась на ноги и, к моему удивлению, расстегнула юбку. Одним движением она уронила её на землю. Я не мог поверить своим глазам.

Под длинной юбкой у неё была крошечная розово-серая мини-юбка единственно правильного типа: широкая и свободная. Она вышла из юбки, которая лежала на земле, и повернулась, чтобы дать мне хороший обзор себя. Её высокие чёрные сапоги теперь вдруг стали большим акцентом, а ноги, казалось, стали наполовину выше. Её маленькая юбка, узкая в талии и широкая в бёдрах, делала её фигуру гораздо лучше, чем длинная прямая юбка. Теперь я даже заметил, что на её грудь было очень приятно смотреть. Невероятно, что этот гнусный дизайнерский стиль сделал с ней.

Ей явно понравилось, что я смотрю на неё таким образом, и она повернулась в другую сторону. На этот раз быстрее, так что её юбка поднялась и обнажила трусики. Я тяжело задышал.

«Вы ведь читала мои рассказы, не так ли?»

Она улыбнулась. Под розово-серую юбку она надела жёсткие оранжевые трусики, закрывавшие её попу до талии. Они бросались мне на глаза с такой силой, что мне пришлось моргнуть три раза, а Анна громко расхохоталась. Её смех эхом разнёсся по парку и заставил меня переключиться. Это также заставило её плотину лопнуть.

Анна инстинктивно положила правую руку на промежность, наполовину опустилась на корточки и потянулась сзади к юбке. Схватившись за пустоту, она вдруг поняла, что на ней совсем другая юбка, на та что обычно. Вся её привычная рутина не удалась, и на две секунды она запаниковала. Потом она немного оправилась и посмотрела на меня.

«Эх, кажется, я обмочилась», — извинилась она. Её голос дрожал. — «И, чёрт возьми, я не могу это остановить».

Явно вопреки своим инстинктам, она выпрямила спину и шире раздвинула изящные ноги.

Действительно очень короткая юбка едва прикрывала трусики, и это её не слишком устраивало. Ношение коротких юбок, по-видимому, является приобретённым навыком, и Анна неуверенно потянулась к ней, чтобы сделать её длиннее. Что не сработало, потому что юбка была просто слишком короткой. Тогда я решил получить себе ещё лучший обзор, спустился и сел на песок перед ней. Анна не двигалась, ноги в сапогах раскинулись примерно на полметра, всё ещё держась за юбку. Поскольку я был так низко, я теперь мог ясно видеть её трусики. Они были мокрыми между её ног, но не настолько. Очевидно, ей удалось перестать мочиться после первоначального шока.

«Ну, Анна, у тебя уже мокрые штаны, так что остальное уже не имеет значения. Просто отпусти. Отсюда будет очень хорошо».

Анна всё ещё сжимала свою крошечную юбку, и её голос дрожал ещё больше, когда она сказала: «Пожалуйста, я не могу этого сделать. Эта юбка... Я действительно не могу. Я... ».

Она закусила губу, и я увидел, как пятно на её оранжевых трусиках немного увеличилось.

«Расслабься, Анна, просто продолжай».

Она покачала головой: «Ни за что. Я просто не могу обмочиться в этом куске барахла. Я чувствую себя такой голой, как будто весь мир смотрит на меня и видит, как я написила в штаны».

Её трусики теперь явно были мокрыми, и она больше не могла прикрыть их ужасно короткой мини.

«Хорошо, Анна», — сказал я. «Достаточно. Если тебе это не нравится, прекращай. Мы делаем это для развлечения друг друга и ни для чего другого».

Она благодарно улыбнулась мне и снова свела ноги вместе. Затем она поспешно развернулась и наклонилась, чтобы подобрать свою длинную юбку, забыв о супер-мини, которое было на ней. Её испачканная мочой промежность была обращена на меня, и я, не выдержав, схватился левой рукой между её ног. Она вскрикнула и двинулась вперёд, быстро развернувшись и держа свою длинную юбку перед собой. Потом она начала смеяться и надела юбку.

«Хорошо, ты получил свою часть удовольствия. Молодец. Теперь моя очередь».

Она перекинула волосы через плечо и присела на корточки, на этот раз фактически найдя юбку, которую нужно было задрать. Она с нетерпением приняла знакомую позу, и я увидел, как её язык скользит между её губ. Меня снова поразило, насколько она на самом деле красива, особенно теперь, когда я знал её очень красивые ноги и другие части тела, которые обычно были прикрыты её одеждой. В качестве компромисса со мной она раздвинула колени и задрала юбку, чтобы я мог ещё раз взглянуть на её трусики. Она и сама смотрела на них.

Всё ещё испытывая сильное желание помочиться, она раздвинула колени немного дальше, поставила сапоги V-образно, а не параллельно, и вытянула рябь из сверкающих трусиков. И как только она начала мочиться, мы услышали приближающиеся голоса.

Анна стремительно быстро встала и погладила свою юбку. «Вот невезуха. Сюда никто никогда не заходит, и теперь здесь многолюдно. Какая удача, что я успела снова надела свою длинную юбку».

Я согласился. Её супер-мини определённо не подходила для публичного ношения, особенно зимой, как она обнаружила на собственном горьком опыте.

«Оглядываясь назад, я должна была купить себе настоящую мини-юбку, а не ту старую тряпку от моей сестры. Но знаешь, я бы не стала носить её потом так часто, поэтому я подумала, что и эта подойдёт», — вздохнула она. — «А теперь, я далее чертовски хочу ссать, и мне придётся сделать это в штаны. Всё, пошли, мы уходим».

Она взяла меня за руку, и мы пошли в направлении, противоположном голосам, по тропинке в лес.

Анна не скрывала, что её мокрые трусики и желание помочиться действительно её возбуждали. Она держала меня очень крепко за руку и вступала в физический контакт, насколько могла, вдобавок тёрлась своей ногой о мою через гладкую ткань своей юбки. Метров через пятьдесят она вдруг остановилась, туго натянула свитер на грудь, посмотрела на свою длинную юбку и чёрные сапоги, снова раздвинула ноги, сдвинула волосы с лица и просто объявила:

«Вот оно».

В то время как она закрыла глаза и почувствовала, как её моча медленно вытекает прямо в её трусики, распространяя чудесное тёплое ощущение по нижней части её тела, я встал позади неё и взял её на руки. Она тут же взяла мои руки и крепко положила их себе на грудь, одновременно начав отталкиваться бёдрами. Я принял предложение и прижался промежностью к её попе, надеясь, что влажность в её трусиках ещё не распространилась так далеко назад и вверх.

Анна чуть не лишилась чувств от восторга, и я услышал шипение в её трусиках, а теперь ещё и капанье на землю. Я поцеловал её в шею, и, пока все её мысли, казалось, были сосредоточены на этом мокром пятне под её юбкой, я начал кататься руками на её попе. Анна делала неопределённые движения руками по направлению к передней части юбки, но всё же была достаточно сознательна, чтобы понять, что она не может помочь себе через юбку, не испортив её.

Так что я начал очень нежно сжимать её груди, и, видимо, этого было достаточно. Анна снова начала дрожать, всё больше и больше мочась в штаны, и я услышал и почувствовал, как её дыхание стало учащаться и слабеть. Это вызвало мои собственные рефлексы, и в то время как Анна дрожала всем телом и струями мочи текла по её трусикам, которые водопадом падали между её обутых в сапоги ног, я кончил жёстко и глубоко, закрыв лицо её волосами.

Через десять секунд Анна вскрикнула и упала, и мне пришлось быстро подхватить её, чтобы она не упала и не испортила юбку. Теперь она лишь немного соскользнула вниз, прежде чем я успел её поймать, и кроме того, что её сапоги разъехались ещё дальше, ничего не произошло. Теперь, когда её юбка образовывала почти идеальный треугольник, Анна тяжело дышала и, очевидно, находилась в путешествии на Луну и обратно. Высокие сапоги её стояли широко расставленными над большой лужей, а из-под юбки всё ещё капало. Я крепко обнял её и надеялся, что это займёт достаточно времени.

Примерно через минуту Анна пришла в сознание и первым делом ощупала свою юбку, на которой ещё не было пятен. Потом она поняла, что на ней абсолютно промокшие трусики и что она чувствует, как что-то течёт по её ногам. Немного приподняв юбку, она осмотрела повреждения, которые были незначительными по сравнению с количеством мочи, которую она только что вылила на нижнее бельё. Её сапоги могли легко это перенести, а её ноги были просто ногами.

Удовлетворённая, она хотела снова опустить юбку, но я удержал её от этого и засунул руку ей под юбку. Она одобрила, и когда моя рука скользнула вверх, она даже немного раздвинула колени, чтобы дать мне доступ. Я нашёл тёплый и влажный кусок ткани между её ногами, и, надавив на него, по её ногам потекла ещё одна струя тёплой жидкости. Она хихикнула и поцеловала меня.

После этого мы просто проверили друг друга на предмет нормального внешнего вида и пошли обратно в университет. Анна прошла прямо к автобусной остановке, а я пошёл в лабораторию, чтобы забрать свои вещи. Какой опыт. Мне было интересно, как Анна появится на следующий рабочий день. В юбке или в джинсах? В конце концов, глупо было думать, что она сможет устраивать такое шоу каждый день. Или могла бы устроить? Я узнаю это в следующий понедельник....
 
Последнее редактирование:

EverGiven

Переводчик
Сон в летний день

Автор: Тинкер, декабрь 1993 г.

От переводчика: давно висит в первых рассказах, поэтому занялся им сейчас.

Это случилось, когда я гулял по центру города с девушкой приятным, но не слишком жарким летним августовским днём. Мы были в гостях у друзей и решили вернуться к ней домой, где я оставил машину (к друзьям мы ехали на автобусе, так как в центре города парковка практически невозможна). По дороге домой нам было что выпить на красивой террасе на рыночной площади (конечно, слишком дорого для обслуживания), и вот мы пересекли красивую парковую зону, с обычными лужайками, бассейнами, утками и бегающими детьми.

Тут она повернулась ко мне и сказала: «Чёрт, мне надо было пойти в туалет в том месте на рынке».

Конечно, я небрежно заметил: «Ну, это место не совсем подходит для того, чтобы пописить, не так ли?» глядя по сторонам и видя, как все бегают без возможности укрытия поблизости.

Она кивнула мне и добавила: «Тем не менее, мне всё равно сейчас * плохо *. Где ближайший паб?»

К несчастью для неё, ближайшим местом, где мы могли бы найти общественный туалет, была рыночная площадь, в пятнадцати минутах от нас. Глупость городов, в которых все действия сосредоточены в одном месте, а всё остальное - это только офисы и дома. И, конечно, парки.

Мы решили продолжить и попытаться добраться до её дома, до которого оставалось ещё десять минут или около того. Ещё через минуту ходьбы она внезапно сошла с дорожки и пересекла лужайку, идя к нескольким кустам.

«Извини, я попробую здесь. Мне * правда * нужно в туалет», - сказала она.

В поисках места, где она могла бы успешно присесть на корточки незамеченной, она чуть не побежала к кустам, но на другой стороне обнаружила детскую площадку.

Довольно рассерженная, она вернулась ко мне. «Блин, который создал этот парк! пусть он обписает здесь свои штаны», - пробормотала она, и я заметил, что она скрестила ноги под своей широкой юбкой.

Я хотел кое-что попробовать: «Ну, может быть, этот парк был разработан женщиной, знаешь ли. Ещё в пятидесятых годах или около того, когда почти все женщины ещё носили юбки. Как и ты».

Она подняла брови и посмотрела на меня. «Что это делать с отсутствием общественных туалетов там, где они должны быть?», - спросила она.

Потом внезапно поняла и нахмурилась. «Ах да, ну ты имеешь в виду ...».

Я пожал плечами. «Ну да. Никто не заметит. Я говорю, но я совсем не против. Просто вперёд, поблизости никого нет, и сейчас никто не приближается».

Она вздохнула и посмотрела на свою белую летнюю юбку, доходившую до колен. Она не могла не скрестить ноги, а теперь даже зажать руки в промежности. «У меня нет особого выбора, не так ли? Господи, если я не сделаю этого сама, я всё равно промокну через минуту. Чёрт. Что за глупый шаг с моей стороны».

Тем не менее, она свернула с тропы и пошла по траве. Она посмотрела в сторону, затем снова на меня, и слегка задрала юбку. «Как ты думаешь, я смогу сидеть на корточках, так чтобы люди этого не заметили?»

Прежде чем я успел ответить, группа кричащих детей вошла из противоположного угла парка, и моя подруга сама покачала головой. «Нет. Забудем об этом. Чёрт побери, я буду выглядеть как трёхлетняя девочка».

Потом она сняла обувь, прошла немного босиком по траве, остановилась и немного раздвинула ноги. Её широкая юбка эффектно скрывала эту позу и с расстояния более десяти метров никто не увидел бы ничего странного. Чтобы ещё больше прикрыть её, я решил опуститься на одно колено и начал заново завязывать шнурки. Оказалось, что теперь она ждала, когда я закончу с моим невольным шнурком на ботинке.

«Давай, - сказал я. - «Просто наслаждайся».

Она посмотрела на меня со смесью смущения и улыбки.

«Пожалуйста, не говори никому, хорошо?»

Я кивнул.

Она откашлялась. «Тогда хорошо. Пошли. Пошли. Пошли».

Её руки схватились за юбку, слегка покачивая ею по ногам, и я заметил, что она небрежно потянулась через юбку к поясу своих трусиков, чтобы крепко их подтянуть. Оглянувшись на людей, она оттянула юбку от передней части своих трусиков, позволила ей снова осторожно упасть, потянулась за собой, чтобы убедиться, что её юбка не свисает между её ног, а затем ещё немного раздвинула ноги. «Хорошо. Да будет удача, начали».

Она посмотрела на свою промежность и глубоко вздохнула. Затем она медленно расслабила мышцы. Я видел, как она немного втянула живот и закусила губу, когда моча потекла ей в трусики. Она позволила дыханию вырваться сквозь зубы и, очевидно, почувствовала себя глупышкой. Но облегчение было настолько велико, что всё прошло в считанные секунды. Вместе с достаточно довольным выражением её лица, моча начала стекать между её ног. Он превратился в ручей, а затем в ещё больший поток. Когда она была в самом разгаре, она хихикала и глупо смотрела на меня.

«Как я теперь выгляжу? Неправильно! На восемнадцать лет старше!»

Всё ещё писая, она небрежно огляделась и не увидела никого ближе пятидесяти метров. Она небрежно сунула руку в левый карман юбки. «Ну, в конце концов, это было не так уж и плохо. Это только мои трусики пострадали. Да и вообще сегодня тёплый день».

Она посмотрела в небо.

«Кроме того, это не есть неприятное чувство».

Быстро поправляя себя, она добавила: «То есть, теперь мои трусики мокрые, но это уже не имеет значения, не так ли?»

Я снова поднялся на свои обе ноги и сказал ей, что, по моему мнению, это действительно не имеет теперь значения. Я также сказал ей, что мне очень понравилось смотреть, как она стоит в юбке, немного расставив ноги, и тщательно смачивает при этом трусики.

Она отвернулась и покраснела. «Правда? Ну, по крайней мере, это удержит тебя от насмешек надо мной».

Затем ручей стих, и она быстро согнула колени, скрестила ноги и в этом полусидячем положении сжала трусики, видимо как могла. Последний поток мочи хлынул на землю. Она снова выпрямила спину, повернулась, взяла тапочки и продолжила идти со мной по тропинке как ни в чём не бывало. На обратном пути мы больше не говорили о том, что произошло, и она всего три раза схватила свою юбку, чтобы убедиться, что она не коснулась её мокрых трусиков.

Через десять минут мы добрались до её дома. Пока я сел и взял журнал Hi-Fi, она поднялась наверх, и я ожидал услышать, как она урчит в ванной. К моему изумлению, через полминуты я услышал, как она вернулась. Когда я оторвался от журнала, она стояла прямо передо мной, слегка расставив ноги, в очень короткой белой спортивной юбке вместо длинной. Она ничего не сказала, просто посмотрела на меня. Я смотрел на неё с недоверием. Мы были друзьями, но не имели отношений. Я раньше видел её в коротких юбках, но никогда не было так явно вызывающе.

«Всё ещё в тех же трусиках?» - спросил я, зная, что у неё просто не было времени сменить их и вытереться.

В ответ она подошла ближе и просто сказала: «Поищи сам».

Положив журнал, я потянулся к краю её юбки и медленно поднял юбку обеими руками. Там были видны светло-голубые простые трусики чуть ниже её талии, с тёмным пятном в центре её промежности и растянувшимся примерно на пятнадцать сантиметров. Пока она всё ещё стояла в комнате, я встал со стула и задрал ей юбку сзади. Та же история. Я просто сказал «Вау!».

Затем она повернулась и сказала мне следовать за ней, пока она не войдёт в сад. Придя туда, она присела на корточки и явно приготовилась снова писить сквозь трусики.

Теперь я не мог больше сдерживаться. «Пожалуйста, останови это на мгновение. Могу я присоединиться к тебе?»

Играя, она была шокирована, она посмотрела на меня снизу вверх. «Просто присоединяйся ко мне? Прямо сейчас, когда ты стоишь там? Давай, смотри, тебе не уйти кроме как с мокрыми джинсами».

Но она поднялась и снова направила меня в дом. «Подожди здесь. Я принесу тебе то, что тебе нужно».

Торопливо поднимаясь по лестнице, она ясно показала мокрые трусики под юбкой.

Как будто я знал, что будет, я начал снимать обувь, носки и джинсы. Так же, как я положил их на стул, теперь уже одетый в рубашку и нижнее бельё, обнажая несомненную выпуклость на моих штанах, она снова бросилась вниз и, хихикая, протянула мне одну из своих крошечных юбок. Это была очень простая модель, всего лишь полоска ткани примерно тридцать сантиметров с эластичным поясом. Я её надел. Юбка закрывала моё нижнее бельё в достаточной степени, чтобы быть полезной, и, поскольку всё было почти тесным, моя выпуклость полностью исчезла.

Моя девушка обошла меня и снова захихикала. «Это тебе не идёт. У тебя нет бёдер, и эти пушистые ноги действительно кажутся глупыми. Тем не менее, сойдёт».

Она снова вошла в сад, и я последовал за ней, как во сне. Достигнув того места, где она хотела бы быть, она повернулась и взяла мои руки в свои. Стоя в метре друг от друга, мы раздвинули ноги, на этот раз шире, и стали ждать. Мне очень хотелось сделать это, но я хотел увидеть её реакцию.

Через десять секунд она сказала: «Ну, теперь ты знаешь, каково это - стоять на открытом воздухе и знать, что кто-то наблюдает за тобой, пока ты собираешься писить в трусики».

Я улыбнулся. «Ты готова?».

Она кивнула. «Да, я готова».

Она подмигнула левым глазом. «Сейчас?»

В ответ я посмотрел на свою юбку, задержал дыхание и осторожно отпустил немного струи. Я чувствовал, как моё нижнее бельё нетерпеливо впитывает всё это, когда оно касается ткани. Я пописил ещё. Затем я посмотрел подруге прямо ей в глаза и сказал, что обмочусь полностью.

Она быстро приподняла мою юбку правой рукой и проверила. Когда она увидела испорченную переднюю часть моих штанов, она улыбнулась и позволила юбке снова упасть вних. Затем она обхватила обе руки своими руками и быстрым движением головы перекинула свои длинные волосы через плечо. Она посмотрела на свою юбку, и я услышал мягкий шипящий звук. Пока она снова аккуратно мочила свои трусики, я второй раз приподнял её юбку и наблюдал, как моча хлынула через ткань, делая синие трусики переплетёнными серебряными нитками на ярком солнечном свете. Вскоре ручей снова пропитал трусики и, не находя иного выхода, постепенно стекал на землю.

Со стоном я позволил себе пустить, и вскоре вся моя промежность стала тёплой и влажной, а из-под юбки между ног на траву струёй текла ровная струя. Теперь моя девушка внезапно потянулась под моими руками к моей юбке, подняла её выше моего пояса и тем самым подтолкнула мои руки выше, так что я тоже поднял её юбку. В течение одной секунды она смотрела на моё нижнее бельё, показывая полностью измоченный перёд и большую выпуклость, вокруг которой текла моча. Затем она подошла ближе и прижалась своей промежностью к моей. Её руки отпустили мою юбку и схватили меня за задницу, плотно прижимая моё мокрое бельё к её мокрым трусикам. Я всё ещё писил, и она, должно быть, это чувствовала. Она тоже писила, и я чертовски это чувствовал.

Всё ещё писая, она начала ритмично двигаться бёдрами, и мне ничего не оставалось делать, кроме как следовать за её ламбадой (танец, популярный в то время – прим. переводчика). Мы стояли там тридцать секунд, писая в трусики и крепко сдвигая промежность. Мы не целовались. Затем я почувствовал, что в моём животе взялась другая функция. Я начал сильнее сопротивляться, и она немедленно отреагировала. Нам потребовалось ещё пять секунд, чтобы добраться до точки невозврата. Она закрыла глаза и застонала. Я просунул руки под её юбку и крепко сжал её мокрые ягодицы. Потом пришёл в экстаз. Моя подруга издала пронзительный писк и содрогнулась всем телом. Ей потребовалось пятнадцать секунд, чтобы достичь оргазма.

Мы держались друг за друга довольно долгое время. Затем мы немного отступили, так что наши юбки как следует спустились. Нам обоим совсем не хотелось снимать их или менять нижнее бельё. Вместо этого она вошла в дом, чтобы заварить чай, и я сел на садовый стул, осторожно задрав сначала юбку. Удивительно, но перёд моей юбки всё ещё оставался совершенно незапятнанным. Мы сидели там, пили чай и небрежно позволяли чему-то вырваться наружу до конца дня, пока закат не загнал нас внутрь, чтобы наши мочевые пузыри не простудились. Потому что, по её словам, бывает приятно девушке обмочиться, когда это так легко сойдёт с рук, но, к сожалению, так бывает не всегда. Я не мог ничего сказать, кроме как согласиться.
 

EverGiven

Переводчик
Лучше поздно, чем никогда

Автор: Тинкер, апрель 1995 г.

- Чёрт возьми, Сьюзен, пожалуйста, остановись на минуту. Мне действительно нужно сделать это незамедлительно, - настойчиво повторяла Анна.

Сьюзен замедлила шаг и оглянулась через плечо на подругу, которая последние полчаса жаловалась на то, что ей нужно пописить. Она не могла выбрать худшего места для неприятностей, чем здесь: в большом городском парке не было туалетов. Сьюзен подумала, что Анна поступила глупо, не сходив в туалет до того, как они покинули их жилище, как например она сделала сама, но сейчас это не помогло Анне. При первых заявлениях о нужде Анны они увеличили темп, чтобы быстрее добраться до её квартиры, но это было довольно далеко, и каждые пять минут Анна жаловалась всё громче. Она начала спрашивать, могут ли они остановиться и спрятаться за кустами, но Сьюзен только фыркнула на это.

- В общем, мы почти дома, - повторила она.

Именно тогда у Анны возникла возмутительная идея просто обоссаться. «На тот случай, если я не выдержу и обоссусь, - размышляла она, - то мне просто повезло, что я надела сегодня длинную юбку».

Сьюзен необобрительно покачала головой, но Анна уже начала искать подходящее место, чтобы облегчиться, и Сьюзен буквально утащила её от нескольких участков высокой травы у деревьев. Ещё пять минут осталось. Давай, Анна, идём быстрее!

Но на этот раз её подруга, казалось, была настроена решительно. Сьюзен недоверчиво посмотрела на неё, когда Анна сошла с тропы и подошла к знаку с описанием растительности в этом районе.

- Я начну читать и рассатривать этот знак, чтобы всё выглядел менее бросающимся в глаза. Просто оставайся там. Всё произойдёт в мгновение ока.

Тем не менее, Анна убрала волосы с лица, вытащила складки из свитера и схватила свою длинную юбку обеими руками, чтобы равномерно распределить её по ногам. Анна, казалось, будто прихорашивалась перед зеркалом! Немного смущаясь, Сьюзен подошла ближе.

- Слушай, Анна. Просто потерпи ещё пять минут до дома. Тебе не нужно будет ссать на одежду, давай! Тебе не три года! Тебе сейчас двадцать три! Не говори мне, что ты собираешься обоссаться здесь и сейчас. Это так дико, это будет такое смущение.

Анна обернулась.

- Смущение для кого? Для тебя? Ты не чувствуешь того, что чувствую я. Я говорю тебе, Сьюзен, я хочу писить, и я действительно не могу больше терпеть и сдерживаться. Ты хочешь, чтобы я писила капая на тротуар, когда мы добираемся до твоей квартиры? Вот это было бы неловко, и не только для меня! Так что заткнись и посмотри в другую сторону, если ты не можете сейчас выносить это зрелище.

Анна вернулась к табличке и начала её читать.

- Посмотрим. Раз. Лиственница.

Сьюзен почувствовала покалывание на коже, когда поняла, что Анна действительно собиралась поссать здесь.

Не говоря ни слова, она медленно подошла к ней ближе и стала осматриваться, нет ли поблизости людей. К счастью, никого не был вокруг. Анна всё ещё тараторила, но это уже не было похоже на то, что она читала табличку.

- Два. Не забрызгай обувь.

С широко открытыми глазами Сьюзен увидела, что Анна раздвинула ноги, и не только чуть-чуть. Её твёрдые ноги раздвинули её синюю юбку, и Сьюзен в мгновение ока вспомнила, как её младшая сестра описилась, когда ей было четыре года, стоя вот так, широко расставив ноги, зачарованно приподнимая платье и глядя на свои трусики, а небольшой ручей падал вертикально между её ног.

Теперь Анна снова читала табличку, скрестив руки на груди: «Старые дубы окружали это место с ... о-о-о ... с начала века. За ними производится ... о-о-о ...... регулярный уход, а после Второй мировой войны сделана ирригационная система ... нет! Сьюзен! Я ... оно пошло ... я чувствую это ... я ... я делаю это, я делаю это! Боже, какое облегчение!

Теперь Сьюзен почувствовала, как горит всё её тело. Странное возбуждение охватило её, и, хотя Анна, очевидно, начала тихонько ссать, Сьюзен внимательно изучала её. Анна, должно быть, говорит правду. Её длинная юбка прикрывала всё, что она делала внутри неё, а с расставленными ногами ничего не могло пойти как-то не так.

Её трусики уже были мокрыми? Сьюзан закусила губу. Это имело значение? И что же чувствовала Анна? Облегчение? Тёплое сияние распространяется у неё между ног? Почему она не присела, если нужно, не снимая трусиков?

Она увидела, как Анна выпрямила спину и немного подтянулась ногами вперёд. «Она, должно быть, теперь мокрая», - подумала Сьюзен. Уже можно было видеть, что с ней что-то должно было произойти. Сьюзан затаила дыхание и посмотрела на туфли Анны. Подол её синей юбки обозначал последний рубеж. Если что-то случится, это будет оттуда.

Вскоре между её икрами появилась небольшая струйка, и Анна по-настоящему увлеклась шквалом событий, всё ещё читая табличку в перерыве между запыхавшимися вздохами. Сьюзан задавалась вопросом, что будет. Она ожидала, что Анна умолкнет, покраснеет и промокнет, затихнет от стыда. Ничего подобного. Анна покраснела, но, по её словам, это было больше от волнения, чем от стыда. Хотя поток между ног Анны оставался постоянным, Сьюзен даже подумала, что она уловила удовольствие в голосе Анны. Удовольствие?

- О, Боже, это так приятно. Мне было надо... Ещё несколько минут и ...

И? И что? Добраться до квартиры? Сьюзен посмотрела на подругу, стоявшую на лужайке с расставленными ногами и взаправду мочившуюся, и обдумывала свои озадаченные чувства и идеи.

Наконец, Анна вылилась черех трусики и вернулась на тротуар. Она оставила слабый след за собой. Сьюзен молча последовала за ней. Анна приподняла бровь.

- Почему ты такая тихая? Никогда не видела, чтобы кто-то писил на улице? В этом нет ничего страшного. Просто радуйся, что я не пыталась терпеть до последнего, и только ради того, чтобы забрызгать твой ковёр в холле.

Сьюзен покачала головой.

- Анна, ты могла бы это сделать. Легко. Я сама несколько раз смогла добраться вовремя домой и никогда не мочила трусики. И поверь мне, даже когда я хотела ссать очень сильно. Сейчас я даже не видела, чтобы ты корчилась; ты просто подошла к этому знаку, а затем банально поссала через свои трусики. Признайся!

Анна пожала плечами.

- «Может, у меня мочевой пузырь меньше, чем у тебя, или у меня меньше сил, чтобы удержать всё это.

- Может быть. Может быть, ты просто более ветреная, чем я. Или непослушная. В конце концов, ты оказалась права; на твоей одежде абсолютно нечего не видно. Ты всё ещё чувствуешь это?

- Конечно, чувствую. Я там промокла, спорим. Как только мы доберёмся до твоей квартиры, я запрыгну к тебе в ванную комнату, чтобы переодеться.

Именно это и сделала Анна, и ей потребовалось всего несколько минут на это. Когда она снова появилась в гостиной Сьюзен, она выглядела чудесно отдохнувшей и даже безмятежной.

- Спасибо, что дала воспользовалась ванной, Сьюзан. Теперь она вся твоя.

Сьюзен встала и подошла к двери.

- Я приму душ. Я вспотела.

Анна тем временем села на диван и взяла журнал.

- Я подожду. Не торопись.

Сьюзен заперла дверь и начала раздеваться. Это был странный день. Она положила одежду на скамейку у стены и повернулась к душевой, чтобы открыть кран. О нет, сначала она хотела пописить. Она села на сиденье унитаза и стала ждать. Через две секунды её взгляд упал на пластиковый пакет, лежащий на полу слева от бачка для стирки. Сьюзан моргнула. Это могло быть только одно. Она быстро встала и схватила пакет. Да, она так думала. Испорченные трусики Анны. Судя по всему, она даже не ополаскивала их в тазу.

Она не знала почему это сделала, но Сьюзен вытащила их из пакета. Дрожащими пальцами она осторожно ущипнула трусики на месте, которое казалось сухим, и вытащила их пакета. Вот они, во всей своей озорной красе: мокрые трусики Анны, бледно-голубые, за исключением большого пятна в перемычке. Сьюзан держала их большими и указательными пальцами и осматривала повреждения. На самом деле ущерб был довольно маленьким. И не рядом с юбкой.

Улыбаясь, Сьюзен держала перед собой трусики и смотрела в зеркало. Это выглядело глупо. Это заодно выглядело очень привлекательно. Небольшой эксперимент. Почему бы нет? Это не могло причинить никакого вреда, и никто никогда не узнает.

Сьюзен быстро положила трусики Анны обратно в пластиковый пакет и открыла свой ящик для белья. Пара розовых трусиков казалась ей идеальной. Сьюзен снова села на унитаз и заглянула себе между ног, плотно обтянув трусики вокруг попки. Да, это прекрасно сработает. Совершенно никаких проблем. Она почувствовала это. Сьюзен раздвинула колени и вздохнула. Как это было глупо. А как смешно! Последним усилием ей удалось полностью совладать с собой. Теперь оставалось только осмелиться начать. Будет ли она это делать?

Она колебалась. Да, она бы это сделала, но не могла ли она как-то лучше воспользоваться этой возможностью? Просто сидя на унитазе казалось таким скучным делом. Играя, хотелось большего. С улыбкой она встала и вошла в душевую кабину. Сьюзен присела на корточки и снова посмотрела себе между колен. Это было намного веселее! Теперь можно было делать это дома, играя в прятки, сидеть вот так на корточках, казалось, часами. Странно, что она даже не подумала, что моча попадёт ей под юбку. Это вообще не было бы проблемой. Да, она сделает это сейчас. Вскоре её желание поссать снова начало нарастать, и Сьюзен начала обратный отсчёт с пяти. На счёте ноль для неё это были бы мокрые трусики. Пять. Четыре. Три. Два.

На счёте один она остановилась. На корточках? Ах, чёрт возьми. Анна ведь не сидела на корточках. Она стояла. Немного неуверенная, Сьюзен поднялась и попробовала так. Стоя в душевой кабине в трусиках и немного расставив ноги, она почувствовала сильное возбуждение, и она чуть не вздрогнула. Но нет, не так.

Теперь её фантазии действительно унеслись куда-то вместе с ней. Сьюзен снова подошла к умывальнику и достала юбку, которую забросила несколько дней назад. Она быстро вошла в неё. Да, это сработает. Может быть, немного туго, но какого чёрта спрашивается. Её свитер всё ещё был на скамейке. Она быстро оделась и снова вошла в душевую. Крепко сомкнув ноги, она посмотрела на себя в зеркало. Просто обычная Сьюзен.

Дрожа, она раздвинула ноги, как она видела, как это делала недавно Анна. Её юбка не допускала, чтобы расстояние между ногами превышало один 30 см, и она почти чувствовала, как сквозь неё просвечивают трусики. Линии, знаете ли. Проклятие. Эта юбка не годится. Ей нужна была длинная свободная юбка. Или ... внезапно в её голове промелькнула вспышка. да. Вот и всё. Юбка-Макси. Это было бы так непослушно и так захватывающе, что она больше ни о чём не могла думать.

Сьюзен вышла из закутка и снова разделась. Обернув полотенце вокруг, она открыла дверь и прошла через гостиную в свою спальню. Анна подняла глаза, но ничего не сказала. В своей спальне Сьюзан перебирала старые вещи в поисках чего-то особенного, что она никогда не мечтала использовать снова. И уж точно не так. Несколько лет назад она была членом местной группы поддержки футболистов. Ничего особенного, как понимаете, просто немного акробатически прыгаешь на матче каждые две недели. Являешься частью цирка. В один год девочкам разрешили сохранить старую форму, так как цвета команды изменились. Сьюзен аккуратно сложила одежду в коробку и больше никогда на неё не смотрела. Но вот она здесь. Она также взяла свои обычные кроссовки, и, спрятав всё под полотенцем, Сьюзен вернулась в ванную. Не нужно запирать дверь; На этот раз Анна даже не взглянула туда.

Сьюзен осторожно развернула свёрток с одеждой. Это был очень яркий наряд, полностью оранжевый, за исключением трусиков. Приятный дизайн. Это было маленькое платьице, а не юбка со свитером, как у Анны. Сьюзен быстро влезла в форму чирлидерши. Форменные трусики тоже были с ней. Черные. Да, именно чёрные. Как будто специально созданы для этого. Её носки и кроссовки были её обычной одеждой.

Вскоре 27-летняя Сьюзен посмотрелась в зеркало и похвалила себя за свою внешность. Платье было очень коротким, но хорошо прикрывало трусики, да и ноги её в любом случае были неплохими.

Она поднялась и осмотрела свои трусики. «Хороший контраст», - подумала она. «Смелый дизайн».

Она вспомнила, каково было ходить в таком откровенном наряде, и улыбнулась. Почему-то казалось, что носить яркую форму чирлидерши было менее сложно, чем носить такое же платье, скажем, на дискотеке. Тебе, как чирлидерше, это было разрешено и даже ожидалось, что ты будешь носить что-то подобное. Для нормальной девушки это будет крайне сложно быть таким попугаем и приведёт к неприятностям. Как странно всё в этом мире.

Пришло время заняться этим. Сьюзен вошла в душевую и развернулась. Её платье было всё ещё задрано, и она начала расслабляться. Да, расслабляться: больше не нужно сдерживаться. Незадолго до того, как это произошло, она решила дать своему платью спуститься вниз и самой насладиться ощущением промокания наедине с собой. В следующий раз она могла бы сделать это, глядя на её испорченные трусики. Теперь она просто сделает то, что должна была сделать много лет назад.

Сьюзен крепко расставила ноги, на этот раз не будучи стеснена одеждой, и посмотрела на себя в зеркало. «Настоящая чирлидерша могла бы принять такую позу, только положив руки на бёдра», - подумала она и немедленно приняла это решение. Это было здорово. Ноги в кедах не мёрзли на эмали, носки явно были там, чувствовала, как платье касается ног, всё на месте. Она вовсю радовалась. О, это было здорово!

А теперь о грандиозном финале. Что-то случилось под её юбочкой. Сьюзен почувствовала это. Теперь пути назад не было. Она была готова описиться в трусики. Сьюзен глубоко вздохнула и позволила природе решить за неё. Мгновение спустя её трусики больше не были сухими. Медленно, но верно, небольшая струйка начала выходить наружу из её письки, и Сьюзен почувствовала, как её трусики впитывают эту жидкость и затем всё стекает вниз. Это было невероятное ощущение. Вот она, в полном костюме чирлидерши, и писила, будто младенец. Но с гораздо большим удовольствием. Она была на небесах. Тёплое ощущение распространилось по её промежности, пока её маленькое платье скрывало всё это. Она хотела прокричать, но не осмелилась. Вместо этого она вскинула руки и сильнее надавила для выпуска мочи. Её чёрные трусики вылезли из-под платья и подмигнули ей краем. Это было всё, что ей нужно.

С тяжёлым грохотом Анна ворвалась в комнату и закричала: «Ты знаешь, кто выиграл большой ... Ой!»

Ошеломлённая, она посмотрела на свою подругу, стоящую в душевой в какой-то форме чирлидерши, широко расставив ноги и, очевидно, занятую чем-то волнующим, учитывая её тёмно-красные щёки. Анна сразу поняла ситуацию и пробормотала:
«Извини, Сью, я пожалуй уйду».

Сьюзен ничего не сказала в овтет. Она быстро опустила руки, снова прикрывая трусики, и отчаянно пыталась найти выход. Но Анна не уходила. Она спокойно посмотрела на Сьюзен, на её лицо, форму, позу и пришла к выводу, что существует только одно объяснение ситуации.

«Ты уже мокрая?» - просто спросила она. Единственная капля, шумно упавшая на эмаль, была ответом на её вопрос. Сьюзен быстро собрала ноги вместе, но ущерб уже был нанесён, и ещё одна небольшая капля стекла по её левой ноге.

Анна улыбнулась.

- Ясно. Ты только начинаешь. Это должно быть прекрасно, и всё это под таким красивым платьем. Хочешь продолжить?

Сьюзен ничего не ответила и поиграла подолом своего оранжевого платья. Анна видела, что она сжала ноги вместе.

- Конечно, ты хочешь продолжить. Что ж, я не буду тебя останавливать. Просто снова прими эту позу и продолжай. Такую возможность не следует упускать. Давай, давай посмотрим, сколько духа у чирлидерши!

Сьюзен сглотнула и почувствовала себя загнанной в угол. Да, она хотела продолжить. Очень. Фактически, теперь она почти невольно описилась. А её трусики уже были мокрыми. И Анна, очевидно, знала, чем занимается. Ладно. Она глубоко вздохнула и, чувствуя себя по-детски глупой, Сьюзен во второй раз раздвинула ноги.

Это простое движение вызвало у неё по спине всевозможные возбуждённые чувства. Её оранжевое платье снова аккуратно обтекало бёдра, мягкое и возбуждающее. На этот раз её руки не отрывались от бёдер. И её трусики останутся на ней. Но не сухими. О, нет.

Анна обрадовалась, когда увидела, что её подруга снова принимает прежнюю позу.

- Тогда начинай. Пусть так будет дальше. Пусть всё будет в твоих трусиках. Сделай это сейчас!

Сьюзан застонала и прекратила внутреннюю борьбу. Она закрыла глаза и позволила этому начаться. С потоком всё её сдерживаемое давление исчезло, и очень скоро в душе оказалась очень мокрая чирлидерша. Река текла по её трусикам, и Сьюзен чувствовала, как тонкая гладкая ткань распространяет тепло почти повсюду. Она больше не заботилась о своём платье.

Анна была взволнована почти так же, как Сьюзен, и содрогнулась при мысли о том, что впервые в своей униформе. Сьюзен вообще не думала. Она просто хотела, чтобы её трусики были как можно более влажными, и глубоко наслаждалась каждой каплей, когда она проходила по её чувствительной коже, в трусики, вплоть до промежности, и, наконец, оставила влажную ткань между ног, давая ей последнюю струйку, когда она забрызгала эмаль и рассыпалась тысячей маленьких капелек, покрывающих её икры.

Сьюзен была быстрой ученицей. Ей потребовалось всего лишь мгновение, чтобы научиться мочиться самым приятным из возможных способов. И это показало. Широко расставив ноги и надёжно положив руки на бёдра, Сьюзен немного согнула колени и тщательно промокла под платьем. Если бы на Анне не было длинной юбки, она бы тут же начала мастурбировать. А теперь она сожалела о том, что поступила так глупо, потратив всю свою драгоценную жидкость в парке.

Сьюзен продолжала плакать в зеркало. Анна быстро отошла в сторону. Сьюзен увидела, как последние капли стекли вниз с нижнего белья, и вздохнула.

- О, Анна, это было так мило, так чудесно, я почти не могу в это поверить.

Затем она снова сложила ноги вместе и немного приспустила платье.

- Это так приятно, я просто удивляюсь, почему я не попробовала это раньше. Посмотри на меня! Вот я, в самой короткой юбке, и никто не видит никаких следов того, что я только что сделала!

Она покрутилась на скользкой поверхности и хихикнула.

После своего выступления Сьюзен неохотно вышла из душевой кабины и немного вытерла ноги полотенцем, которое ей вручила Анна. теперь время осмотреть повреждения. Подняв платье, Сьюзен обнаружила, что в её чёрных трусиках практически ничего не видно. Она действительно могла бы проделать этот трюк где-нибудь на поле.

Анна пробормотала что-то о необоснованном использовании цвета и глупых сочетаниях, но не стала больше комментировать поведение Сьюзан. Всё ещё немного стесняясь, Сьюзен спросила Анну, не возражает ли она, если она сможет носить форму ещё немного по квартире, просто чтобы посмотреть, каково это. Она поймёт это, если Анна подумает, что это странно, нездорово или даже постыдно. Но Анна лишь покачала головой.

- Нет, Сьюзен, пожалуйста, оставь в стороне эти мысли. Ты всё сделала правильно. Это не была полная случайность, когда я намочила трусики в парке. Я могла легко это сделать. Я просто не хотела напрягаться. И теперь ты знаешь почему. Добро пожаловать в клуб.

Сьюзан взволнованно моргнула.

- Клуб? Ты имеешь в виду…

Анна кивнула ей:

- Да, мы не единственные две девушки в городе, которым нравится это делать. Я познакомлю тебя с некоторыми из моих подруг. Ты будешь поражена.

Этот вечер она никогда не забудет.
 

EverGiven

Переводчик
В наших штанах

Автор: Chris Wet, март 1996 г.

Я вёз свою девушку к ней домой. Мы были в ночном клубе, и наконец пришло время закруглиться и уйти.

Внезапно, оглянувшись, я заметил, что Шерил неловко ёрзает на своём сиденье. Я спросил её, не случилось ли с ней чего.

— «Дедл дрянь! Это всё чёртово пиво, которое мы там выпили!! А теперь я вдобавок хочу ссать!!!» — воскликнула она.

— Подожди немного. Мы будем у тебя дома через пару минут. Остался ещё один поворот, — сказал я, пытаясь её успокоить.

Но когда мы подъехали к этому повороту, движение начало затухать, а затем и вовсе остановилось. Казалось, впереди произошла авария, и никто никуда не ехал. Шерил запаниковала, поняв, что мы стоим и не движемся.

— Что мне делать? Мне надо в туалет, я сейчас обоссусь! — сказала она с некоторым отчаянием в голосе.

Я не знал, что и сказать, потому что, насколько я знал, мы действительно могли застрять здесь на какое-то время. И это было оживлённое шоссе, так что я не мог просто остановиться и позволить Шерил найти куст.

— Я не думаю, что смогу дальше терпеть. Не думаю, что смогу это вынести! Я сейчас нассу в штаны! — сказала она, затем её лицо покраснело от смущения, когда она обдумывала своё затруднительное положение.

Это была вполне новая машина, и мне не очень нравилось перспектива, когда она обливала моё мягкое сиденье в машине своей мочой. К счастью, на заднем сиденье была пара полотенец из поездки на пляж, которые я взял в прошлые выходные, и теперь я вручил ей полотенца и сказал, чтобы она положила их под себя на сиденье, если вдруг описается.

— Спасибо тебе, ты настоящий друг, — сказала Шерил. — Мне так неловко перед тобой!

— Не смущайся, Шерил. Мы поделились уже многими вещами, и это будет просто ещё раз, — сказал и я похлопал её по ноге.

Это было правдой. Мы с Шерил рассказывали друг другу все наши секреты. Мы подробно описывали все наши сексуальные выходки. И некоторые из этих выходок были довольно причудливыми. Однажды я даже рассказал Шерил, как позволил кому-то описиться около меня в автобусе. Так что это не значит, что мочеиспускание было чем-то, о чём мы ещё не говорили.

— Хорошо, я сейчас пописаю в штаны, — сказала она, глядя на меня с застенчивым, немного униженным выражением лица.

Глядя на промежность её джинсов, я мог видеть мокрое пятно, растекающееся от её промежности вниз по ногам. В результате она действительно основательно промокла там внизу, очевидно, у Шерил перед этим был очень полный мочевой пузырь.

— Мне так жаль, что так случилось, — сказала она, всё ещё ёрзая. — Я так хотела ссать!

— Забудь об этом. Если тебе нужно пописить, то ничего не остаётся кроме какпописить, — сказал я.

Когда мы, наконец, съехали с автострады и подошли к жилому комплексу Шерил, я дал ей плащ от дождя, чтобы она могла прикрыть свои обоссанные штаны. Затем она попросила меня войти с ней внутрь дома. Вероятно, она не хотела прощаться со мной в таком состоянии. В подъезде никто не заметил, что джинсы моей подруги были пропитаны её собственной мочой!

Когда мы были на в её квартире, она сразу бросилась в ванную снимать их.

— Эй, позволь мне взглянуть на тебя, прежде чем ты стянешь всю эту мокрую одежду, — попросил я.

— Что?! Я и так достаточно опозорилась перед тобой, так теперь ты хочешь посмотреть на меня, стоящую в моих истекающих и пропитанных мочой джинсах? — спросила она, ошеломлённая.

— Да, верно. Я хочу посмотреть, как ты так выглядишь, — сказал я тем дерзким тоном, которым Шерил и я любим пользоваться друг с другом, когда мы оба знаем, что ведём себя сексуально.

— Хорошо, вот и я, — сказала она, теперь позируя в своих мокрых джинсах, медленно поворачиваясь и наклоняясь, чтобы я мог видеть, насколько тщательно и буквально везде промокли её джинсы. Затем она села на край ванны, изогнувшись и раздвинула ноги, чтобы я мог смотреть на мокрые джинсы на её промежности и между ног. Не знаю почему, но было что-то сексуальное в том, чтобы видеть мою Шерил такой, которая только что обоссалась в джинсы и всё ещё носит их на себе. Скажу вам, Шерил очень симпатичная и у неё убийственно красивое тело. Она всегда выглядит потрясающе в узких джинсах, особенно мокрых, как я их сейчас увидел!

— Ты выглядишь такой сексуальной, — сказала я комплимент Шерил, и в моём голосе появился оттенок, который мы с Шерил теперь признали откровенно сексуальным. И теперь, когда она подошла ко мне ближе, в её глазах был эротический блеск.

Она сказала:

— Скажи, если я так сильно хотела пи-пи, тебе, наверное, тоже хочется в туалет. Ты выпил столько же, сколько и я. И я не видела, чтобы то как ты пошёл в туалет.

Шерил была права. Мне тоже нужно было поссать.

— Эй, постой, раз я написила в свои джинсы, почему бы тебе не замочить свои? — предложила вдруг Шерил. — Я тоже хочу увидеть, как ты будешь истекать.

Я был довольно ошарашен её предложением.

— Хорошо, — сказал я, чувствуя себя дерзким и отвязным. — Думаю, так и будет. Сейчас сделаю.

Я широко расставил ноги и начал ссать сквозь штаны. На стене висело зеркало, и чего я не только не чувствовал, пока не промок полностью, как она, и я видел, как мокрое пятно мочи растекается по моим джинсам. Шерил сидела в машине, когда промокла, а я стоял здесь. Итак, моча стекала по моим штанам, скапливаясь в лужице у моих ног на её полу. К счастью, я снял обувь, когда зашёл к Шерил.

— Ой! Посмотрите на него! — похотливо сказала Шерил, зачарованно наблюдая, как я ссу в джинсы.

Было так приятно, тепло и мокро там внизу, между ног, когда я продолжал выпускать. Наконец я закончил, выпустив всё. Шерил и я теперь стояли друг напротив друга, уставившись на наши залитые мочой штанины и попы. Затем, не говоря ни слова, мы бросились друг на друга, целуясь и лаская, ощупывая друг друга, проводя пальцами по мокрой джинсовой ткани.

— Давай снимем всё же эти мокрые джинсы, хорошо? — мягко сказал я.

— Давай, — промурлыкала Шерил, расстёгивая мою молнию и протягивая руку, чтобы погладить мой мокрый от мочи писюн!
 

EverGiven

Переводчик
Мокрый вечер Синди

Автор: --A-- (мужчина из Калифорнии)

Синди посмотрела в зеркало заднего вида и увидела, как мигают синий и красный свет.

«Ну просто замечательно, - иронично подумала она про себя, - самое подходящее время для этого, когда мне нужно в туалет».

Она остановилась на обочине дороги и подождала, пока дорожный инспектор подойдёт к её окну.

- Мадам, я могу увидеть ваши водительские права и страховку?

Он стоял там, тёмный исполин, как ночь, на фоне городских огней вдалеке. Соответствующие документы перешли из её рук в руки дорожного инспектора, который отнёс их к своей машине и оставил Синди ждать одну.

«Надеюсь, это не займёт много времени ...» - подумала она, когда давление в её мочевом пузыре увеличилось и начало болезненно пульсировать. Синди села и ждала, ждала, ждала ...

И, как мы все знаем, полицейским требуется некоторое время, чтобы заполнить эти формы - подписать их в трёх экземплярах и сделать с ними всё, что они делают. Офицер довольствовался своими таинственными делами в своей машине, пока Синди сидела и ждала… нетерпеливо, нервно, со страхом.

Синди сжимала старые мускулы Кегеля, пока её маленький таз, казалось, вот-вот взорвётся ... но её моча всё ещё не вышла наружу ... Ей было жаль, что на ней не было юбки, которую она могла бы приподнять и избавить себя от унижения ... но она, конечно, носила свои любимые обтягивающие синие джинсы - те, которые были тугими в промежности и натирали её клитор при ходьбе, и держали её мокрой весь день ... Но не такой мокрой, как она сейчас опасалась, она собиралась стать.

- Офицер, - крикнула она из окна на гудящую, мигающую машину позади неё, - мне, ммм, мне действительно нужно сходить куда-то ... не могли бы вы, пожалуйста, уделить немного меньше времени?

Нет ответа. Синди почувствовала подёргивание между ног, поскольку её тазовые мышцы начали проигрывать отважную битву.

«Ой нет, Боже мой, я писаю в штаны», - пробормотала она про себя. И действительно, крошечный поток мочи вышел из её уретры и был мгновенно поглощён её узкими белыми хлопковыми трусиками, которые её нелегальный любовник купил ей на день рождения.

«Он будет так зол на меня».

А затем, когда всё это происходит, первая капля мочи вызвала вторую волну, когда горячая моча Синди вылилась из её промежности в трусики и оттуда распространилась, пропитывая всю её область таза и верхнюю часть тела, её ноги и её попу ... Синди посмотрела вниз, когда увидела, что влажное пятно между её спелыми, сочными сексуальными конечностями становится всё больше и шире, когда её моча вырвалась из неё, в джинсы и затем на мягкое тканевое сиденье её машины. Было так жарко, когда моча вышла из неё наружу, омывая сиденье вокруг её штанов мочой, когда запах мочи начал заполнять машину ... Синди не могла представить ничего более унизительного, чем то, что происходило с ней прямо сейчас. В конце концов, она решила не бороться с этим ... а затем фактически начала выпускать мочу дальше в джинсы. Синди всегда была девочкой типа «всё или ничего».

Она выпускала и выпускала, когда нешуточные объёмы мочи хлынули из неё наружу, намочив ноги, безвозвратно впитываясь в ткань и подушку её сиденья. Она могла даже слышать шипение её мочи, хлынувшей через её джинсы.

Синди вздрогнула от осознания того, что она начала упиваться чувством того, что расслабилась и пописила в штаны. Ей начала нравиться тёплая влажность в штанах, пьянящий запах мочи в машине ... Она начала тереть промежность, чувствуя, как тёплая влажная денимовая ткань прижимается к её затвердевающему клитору ...

- Мадам, что с вами?

- Вот блин, ничего!

- Не понял вас, мадам?

- Ну, я имею в виду, ничего, я просто что-то искала.

- Пожалуйста, выйдите из машины.

У Синди не было ни слов, ни мыслей. Всё, что она знала, это то, что она собиралась встать перед тёмным безымянным офицером и представить ему свою мокрую, едкую, возбуждённую личность. Ей хотелось быть где-то далеко ... Но, конечно, не было, и она продолжала стоять перед дорожным офицером, имея раскрасневшееся лицо и мокрые штаны. Она почувствовала, как маленькие капельки мочи всё ещё стекают по её ногам в носки.

- Мадам, вы пролили спиртное себе на колени?

- Нет, офицер, - сказала Синди, глядя лицом вниз, робкая и очень смущённая.

- Тогда что же это пролилось вам на колени, мадам? Может вы сегодня вечером что-нибудь выпили? - сказал тёмный человек, вырисовавшийся на фоне городских огней.

- Нет, офицер, сегодня вечером я ничего такого не пила.

- Тогда что это у вас на коленях?

- Моя моча...

Вот всё, что она могла произнести.

- Простите меня, мадам? Я не ослышался?

- Да, это моя моча, офицер, я написила себе в штаны.

- Повернитесь боком, мадам, мне нужно это проверить.

Синди повернулась, чтобы показать офицеру, что она действительно полностью обоссала свои тесные узкие джинсы, так как её стройная попа и контуры промокания так удачно изображала результат инцидента, связанного с обоссанием, а не проливания какого-либо напитка.

- Пожалуйста, могу я ехать дальше? Я жутко хотела ссать и уже нассала в штаны, но разве это незаконно? Пожалуйста, отпустите меня домой. Послушайте, сейчас я обоссусь ещё больше».

И действительно, без её ведома остаточная моча Синди лилась по её ногам, чулкам и туфлям.

Тёмный и зловещий офицер вернул ей её документы.

- Мадам! В следующий раз пользуйтесь для этого туалетом, а не штанами. С юной леди вашего возраста не должно быть подобных случаев».

И Синди влезла обратно в машину, опустив голову, обтягивая джинсы, промокшие до ног, стыдясь - и всё же желая пересмотреть свои либидозные чувства, которые она испытала во время освобождения мочевого пузыря в машине.

Она завела машину и поехала домой ... возбуждённая, когда всё из ней вышло и промочило насквозь. Синди никогда раньше не чувствовала себя так. Но она была уверена, что это ощущение хорошее.

Синди подъехала к своему дому и проковыляла к себе в квартиру, где сидел её парень, потрясающе красивый и сногсшибательный, и что-то отмечал у себя в записях.

- Привет, сладкая! Что это с тобой случилось? Ты вся мокрая ...

- Мне стало плохо и я обоссалась в штаны ... сначала это было случайно, но потом, тут я не знаю, как это случилось, но я начала писить нарочно, и мне так жаль. Скажи, ты злишься?

- Конечно, нет, дорогая.

А подошёл к Синди и крепко обнял её. Некоторое время они стояли так, голова Синди уткнулась в его плечо.

- Слушай? - начала ему говорить Синди.

- Да, моя сладкая?» - ответил ей её любовник.

- Давай ... ты потрёшь меня там, где я писила ...?

- Хмммм… это что-то новенькое! - ухмыльнулся он. - Конечно, моя сладкая. Давай просто ляжем здесь на кровать и принесём мягкую подушку для головы. Синди, скажи, ты обписилась?

- Да, я написила себе в штаны.

- Что ж, давай просто посмотрим, сколько ты написила…

И с этими словами он провёл руками по лицу Синди, по её мягкой груди, по её животику, к её промежности, которая была очень, очень мокрой в этот раз. Он провёл рукой по ширинке её узких джинсов, между её ног и вокруг её очень влажной, очень красивой, очень сексуальной попки ... в этот момент он сжал её, и Синди издала стон.

Он начал тереть Синди между ног - источник всей её мокроты - пока он целовал её в губы, и их языки переплелись, и смотрел, как она начала кончать ...

- А, думаю, я кончу в мокрые джинсы! Помоги мне кончить!

Он, конечно, был ей услужлив и медленно и сильно тёр её письку через джинсы, в то время как сам он целовал её, сжимал её груди и щипал её за . А затем он расстегнул молнию на её джинсах, сунул руку в мокрые белые трусики и всерьёз потёр её клитор, чувствуя, как её горячий влажный твёрдый клитор пульсирует на его пальцах.

«О, А, ты самый горячий, самый крутой, самый крутой мужчина, которого я когда-либо знал! Я порываю с прежним. Ты единственный для меня !! И ... Я ... КОНЧИЛАСЬ !!!! ОХ! ОУ! О БОЖЕ! О-ох!! Ооо ... мммммм ... о-о-о-о-о-о ...

И так далее.

- «Это было потрясающе, - сказала наконец очень довольная Синди. - Теперь я хочу, чтобы ты был во мне.

- И я хочу быть в тебе, Синди.

Он вытащил свой огромный 20-сантиметровый член и стянул промокшие джинсы и трусики Синди. И с её штанами до щиколоток, он лёг на Синди и вошёл в её тугую, горячую, мокрую, скользкую, восхитительную письку. Вот Синди потеет, стонет, вздыхает ... и всё очень-очень влажно.

КОНЕЦ

Эпилог

Если в Южной Калифорнии есть красивая, сексуальная, стройная, приятная и милая женщина, которая идентифицирует себя с Синди и может получить удовольствие от подобного опыта, прошу написать мне. Я хотел бы получить весточку от неё.

(Я знаю, что на этом форуме неодобрительно относятся к личным контактам, но позволь мне это, Монти? Спасибо, мы тебя любим!)
 

EverGiven

Переводчик
В подражание чирлидершам (отчёт Тинкера)

Автор: Тинкер [M]

Далее следует правдивый отчёт о том, что случилось со мной сегодня.

(только что пописил)

Значит, я думал, что уже испробовал все возможные способы мочить трусики за последние пятнадцать лет? Неверно! Вы никогда не будете слишком стары, чтобы учиться!

Есть один или два дня в году, когда я могу с уверенностью предположить, что все выйдут из дома и не вернутся в течение многих часов. Сегодня как раз такой день. Я ждал его и знал, что буду делать, поэтому я мог подготовиться, и это никогда не срабатывало так, как раньше.

(перерыв для писанья)

Звучит глупо, но мне нужно снова на мгновение оторваться от клавиатуры. Подробнее об этом позже!

Когда приближается момент, когда все уйдут из дома, я завариваю большой чайник и начинаю пить. Сегодня я начал на целых два часа раньше, и это было ново для меня. К тому моменту, когда они (родители) действительно ушли, мне всё ещё нужно было не писить (то есть я мог бы пописить, если бы захотел, но в туалет нормально бы не пошёл). Так что я выпил ещё одну чашку чая, а затем пошёл в туалет. Странно? Нисколько! Я знаю себя, и если я хорошо продвигаюсь в своей маленькой игре и чувствую потребность какать, я уже не могу удержаться от этого. И пачкать мои трусики - это действительно такой беспорядок (пробовал пару раз), что в настоящее время я искусственно исключаю эту возможность. Между прочим, сходить в туалет по-большому без опорожнения мочевого пузыря — особая вещь. Это действительно требует внимания.

После этого я пошёл на кухню наполниться, и обнаружил сегодня свою первую обновку. Горячий чай хорош, а холодная вода — нет: я знаю это. Но если нагреть чашку воды в микроволновой печи в течение тридцати секунд, она достигает температуры тела и её можно легко выпить. Обычная холодная вода заставляет ваш желудок чувствовать себя раздутым. Подогретая вода - нет. Замечательно! Поэтому я выпил ещё несколько чашек, прежде чем подняться наверх в комнату.

Там я начал читать что-то техническое, чтобы скоротать время. В конце концов, примерно через час, я почувствовал необходимость пойти пописить и начал переодеваться в свою специальную одежду для мочеиспускания.

Те, кто был на alt-sex-fetish-watersports (это группа новостей в 90-х), знают, что это значит: какие-то старые трусы, маленькое платье (на самом деле старая ночная рубашка моей матери), которое доходит мне почти до коленей, маленький полиэтиленовый пакет на свой член, чтобы защитить переднюю часть моего одеяния, и обычно больше ничего. Но в этот раз я начал экспериментировать.

(чёрт, мне снова нужно пи-пи... и я быстро печатаю, так что судите сами, насколько хорошо работает моя стратегия... минутку...)

Из одного предыдущего опыта я знал, что носки, закрывающие примерно половину моих икр, значительно усиливают ощущение того, что я одет. Ты больше не босиком, а холодные ноги причиняют боль. Они постоянно напоминают тебе, что ты носишь что-то особенное. Так что я надел обратно пару носков, которую только что забросил сегодня в корзину для стирки. А так как на улице немного прохладно (около 5 градусов по Цельсию), я также надел один из своих свитеров. Результат удивительно близок к моим любимым чирлидершам (моя повесть «Команда мечты»). «Юбка» не плиссированная, но на этом всё. И вроде бы нормальная одежда, если не считать голых ног, но я к этому давно привык, и носить юбочку для меня почти повседневное дело. Благодаря свитеру я легко могу показаться перед окном, поэтому мне не нужно задёргивать шторы. Мне нужно только защитить ноги с юбкой и низ от посторонних глаз.

Как всегда, мой член начинает протестовать, когда я наряжаюсь. Он больше не достигает полной эрекции (несколько лет назад это было), но всё ещё мешается мне. Так что я засовываю его в полиэтиленовый пакет, а затем засовываю всё это в дополнительный слой ткани, из которого сделана ширинка моих трусов. Он не может много двигаться таким образом и мешает мне настроить его непосредственно перед тем, как я хочу начать действие.

Я немного походил по дому, посмотрел на себя в зеркало, несколько раз поправил юбку и приготовился к первому промоканию за день. В конце концов я спустился вниз, чтобы выйти в сад. В этот момент зазвонил телефон. Я взял трубку и несколько минут занимался техническими делами по работе. Когда я снова начал спускаться вниз, мне, понимаете, действительно хотелось пи-пи. Помните, что я уже изрядно ждал, пока наконец мне захочется в туалет! Итак, впервые в жизни я действительно дико хотел пописить в юбке..., как девочка, и результат был изумительным.

Я просто надел шлёпанцы и вышел в сад. Почти сразу я просто раздвинул ноги и сделал это. Никакого ожидания, никакого сильного нарастания напряжения, никакого давления, никакого раскладывания одежды... и, следовательно, никакой эрекции! Я просто подошёл к стене дома, огляделся, немного раздвинул ноги и начал мочиться в своё ещё сухое бельё. Это было здорово, так как я чувствовал, как мои трусы впитали мою мочу, и спустя несколько секунд они начали течь. Мне действительно хотелось уже в туалет, поэтому я даже не капнул ранее, чтобы увидеть сейчас, как промокли мои трусики; Я промок прямо сейчас.

Вскоре вниз с грохотом хлынул сильный поток, и я вздохнул с облегчением. Настоящее облегчение, и никакой игры. Впервые я обмочился почти по необходимости. Я мог бы добраться до туалета, но ЭТО было сделать намного проще! Теперь, сложив руки по бокам, я наслаждался знакомым чувством и прекратил писить только тогда, когда почувствовал, что давление упало ниже точки раздражения. Как всегда, у меня между ног текло несколько секунд, и я просто наслаждался всей ситуацией. Вот я и стоял, в хорошенькой девчоночьей юбочке, в мокрых насквозь трусах и ничего не показывая миру, никаких последствий. Ни мокрых ног, ни мокрых носков, только мокрые трусики. Совсем как девочка.

Я хотел зайти внутрь дома, поэтому выдавил лишнюю жидкость, присев на корточки и сжав бёдра вместе, и только потом вошёл внутрь дома. Как всегда, никаких проблем с капающей или испачканной юбкой или чем-то ещё; опыт оправдывает себя, и на самом деле мало что может пойти не так.

Я выпил ещё две чашки воды и поднялся наверх в комнату, чтобы осмотреть свою одежду в зеркале. Юбка не пострадавшая, трусики приятно мокрые в промежности. Замечательно! Я немного походил, но очень скоро мне снова захотелось в туалет, и я снова вышел во двор. Я не терял времени даром и только что закончил новый рассказ, в котором Анна (чирлидерша) обмочилась, сидя на скамейке. Хорошая идея для продолжения рассказа! Я сел на подоконник, отдёрнул юбку и снова, без всяких усилий, начал потихоньку писить.

На этот раз эрекции не было вообще, и всё можно было чётко проследить (эрекция убивает жалкие нервы, которые дают большую часть ощущения тёплой влажности). Я просто нассал в трусики, и вскоре струя стекала между моих раздвинутых коленей. Это было восхитительно и очень незаметно, по крайней мере, я так думал. Я задрал юбку, чтобы заглянуть себе между ног, и увидел, что мои бледно-голубые трусы остаются сухими спереди, хотя я ясно ощущал, что действие происходит прямо там. Чуть более тёмная область ползла вверх снизу. Я сменил юбку и как бы подражал Анне. Это сработало довольно хорошо. Я продолжал мочиться, пока мне снова не стало комфортно, а затем встал.

(хм, девичий перерыв на пи-пи... невероятно. Время приседания)

Я присел на корточки и сжался, и очень довольный я продолжил писать эту историю. Или по крайней я так думал. Прежде, чем я знал это, я вскоре захотел ссать снова! Видимо моя система сейчас была перенасыщена и всё, что я залил, вышло почти сразу. Итак, я пошёл делать это снова ... Я вышел на улицу, сымитировал позу мажоретки, которую я нашёл в газете (стоя с расставленными ногами и раскинутыми руками, ладонями вперёд, что-то вроде стиля Иисуса), и я не держался откинутым назад. Всё испускание вошло в моё нижнее бельё, а затем пошло, потекло вниз. Я действительно поднажал, и по тем или иным причинам мне стало намного лучше выпускать, чем раньше. Вероятно отсутствие эрекции вкупе с уже мокрыми трусиками и небрежным отношением к одежде. Я полностью опустошил себя, и скажу вам, это было довольно много. И при этом вообще никаких проблем не испытывал. Это был перерыв в туалет, с которого началась эта история, поэтому я поднялся наверх, накрыл стул пластиковой плёнкой, которую принёс с собой, и продолжил печатать этот текст.

Итак, я загрузил компьютер и начал печатать. Через ОДНУ МИНУТУ мне действительно захотелось в туалет ОПЯТЬ! Удивительно! Так что я выскочил наружу и обнаружил, что могу ясно видеть себя, как я это делаю, в зеркале большого окна; было темно внутри и светло снаружи. Итак, пошла писить чирлидерша, которая очень нуждалась в этом, и, боже, это было потрясающе. И вообще без ожидания; уникальный опыт для меня после стольких лет!

Я громко брызнул в трусы, небрежно раздвинув ноги, и сильно выпустил, чтобы продержать дальнейшее печатание хотя бы полчаса, потому что хотел напечатать этот «отчёт». Это было прекрасно, и из-за уже влажной ткани тепло (на самом деле было скорее жарко, нежели тепло), это действительно обволакивало мою промежность. Я не мог припомнить, чтобы мне доводилось так легко и просто мочиться, за исключением первых нескольких попыток много лет назад. Не было ни шаловливого чувства, ни страха быть обнаруженным, и даже почти никакого возбуждения из-за девчоночьей юбки. Я чувствовал, что это нормальная часть моего тюремного халата, и от этого намокание под ним доставляло ещё больше удовольствия. Никаких эротических чувств, просто веселье. Это было похоже на рай.

Когда капание прекратилось, я присел на корточки, снова сжался и вошёл внутрь дома. На камнях осталась лужа, но как бы прошёл дождь, и других луж я уже не видел.

(последний перерыв)

Я снова сел за свой компьютер. С моей юбкой, сдвинутой под мою попу и свободно надетой на бёдра, ничего особенного не нужно было делать, чтобы защитить мою одежду. Пока я печатал, я почувствовал, как ощущение переполнения в паху быстро возвращается. Очень быстро. На самом деле, я никогда раньше не испытывал такой скорости потока в себе. Урок, который нужно усвоить: пораньше наполни себя и, если необходимо, сходи в туалет один или два раза, прежде чем начать играться с собой. Это кажется пустой тратой времени, но ты получишь больше выгоды от этого позже. И продолжай пить. Ты можете достичь состояния, в котором тебе нужно будет ходить каждые десять минут или реже, и поверь мне, мне нужно было ИДТИ В ТУАЛЕТ. Вышло около двух кружек за сеанс, а это очень много! Если вы наполните себя таким же количеством сразу после этого, вы можете продолжать испытывать это в течение нескольких часов. Я сделал это!

Поэтому я снова выскочил за дверь. Я ожидал увидеть себя в «зеркале» сейчас, и я хотел иметь время, чтобы печатать, поэтому я решил опустошить себя. Больше не нужно было играть, я просто хотел пописить, и причём случайно, в трусики. Я повернулся к окну, раздвинул ноги, как на картинках с моими чирлидершами, упёр руки в боки, и начал. Честно говоря, не то чтобы это началось. Это просто произошло само собой. Когда я снова наполнил свои трусики, я выпустил их содержимое изо всех сил, и звук, который издавала моя струя, был потрясающим.

Это был велоколепно. Настоящий водопад влажно стучал между моих ног, и, к моему изумлению, я увидел, как в луже образовалась пена! Тоже сказать, запарился! Вместо того, чтобы изображать чирлидершу, исподтишка справляющую нужду в подворотне, я изображал корову! Но удовольствия не стало меньше, и я действительно опустошил себя целиком и полностью в нижнее бельё. Прошло около минуты-двух, прежде чем я снова смог безопасно ходить. К этому времени я был настолько влажным и мокрым, что капля более-менее уже не могла меня заинтересовать, а сжимающая часть эксперимента прошла совсем поверхностно. Я оставил внутри дома след из мелких капель. Но моя юбка всё ещё была совершенно сухой.

Как вы можете видеть, если вы пролистнёте страницу назад, я действительно мог некоторое время печатать. Но вскоре, поразительно скоро, мне действительно пришлось снова вставать идти ссать. К своей тревоге, я заметил, что мои мокрые трусы и предыдущие подходы с опусканием заставили мой мочевой пузырь предположить, что он может пойти своим путём. Мне пришлось извиваться (правда!), потому что я начал мочиться ещё до того, как вышел из дома. Вы иногда читаете подобные вещи, часто в историях о подгузниках, но я могу вас заверить, что это ПРАВДА, настоящая правда! После нескольких смачиваний ваше тело возвращается к младенческим временам и просто захватывает ваш сфинктер. Но я смог выйти на нашу террасу и осмелился сделать то, чего не делал годами.

Когда я ещё экспериментировал так, я несколько раз пытался присесть, как девочка. Это оказалось трудным для меня. Приседания с жёстким уколом и сухим бельём приводят к напряжению мышц и отсутствию пятен. И когда это, наконец, произошло, я смог получить только пятно, а не водопад. Мне всегда приходилось вставать и раздвигать ноги, и ждать, чтобы запустить в трусики что-нибудь значимое.

Но на этот раз моё тело так привыкло выпускать свою переработанную жидкость в нижнее бельё под юбкой, что я едва успел присесть на корточки. Поддерживая юбку сзади, чтобы она не промокла, я услышала типичный звук пуска мочи в нижнее бельё. Он действительно легко узнаваем, отличается, скажу вам, от всего остального. Это тоже было ОТЛИЧНО! Я увидел, как тёмное пятно между моими ногами посветлело на солнце, следил за его формой, а тонкий слой жидкостипоявился снаружи моих трусиков, покрывая всю нижнюю часть спереди. Я мочился на этот раз так сильно, что мои трусики не могли впитать мочу внутрь ткани; моча текла снаружи и скапливалась между моими ягодицами, прежде чем двинуться потоком вниз. Замечательно, скажу вам, замечательно. Я был настороже со своей юбкой впереди, потому что знал, что теперь она может испачкаться. Когда я поднялся на ноги и посмотрел, это действительно было так. На розово-красном материале появилось несколько мокрых пятен. Но мне было уже не до забот. Оставив ещё больше следов, я снова вошёл внутрь дома. Стало рутиной, но не надоело!

Теперь я заметил, что вокруг моего стула я мог видеть и чувствовать некоторую мокроту на полу. Ситуация постепенно вышла из-под контроля. Я снова сел и продолжил печатать рассказ. К этому времени часы безжалостно показывали, что я приближаюсь к опасной зоне, так как люди теперь могут вернуться в течение часа. Так неохотно я напечатал несколько абзацев, а затем спустился вниз на последний сеанс ссанья. К счастью, мне захотелось писить ещё раз под конец, и не чуть-чуть. Я решил широко раскинуться и побаловать себя чем-нибудь замечательным. Ветер раздувал мою юбку ровно настолько, чтобы чувствовать, как он играет на моих ногах, и чувствовал, что мои мокрые трусы становятся сразу холодными, и я ждал, пока это произойдёт. Как и ожидалось, мне ничего не нужно было делать, всё пошло само собой.

Моё тело решило для себя, что пора начинать, и вдруг я почувствовал, что снова обмочился. К этому времени мой член уже спал, и я начал мочиться в нижнее бельё. Это было просто потрясающее и первоклассное наслаждение. Я действительно обоссался, но юбочка не испачкалась больше, чем уже была, а моя моча, выполнив свою тёплую обязанность, потекла сквозь мои трусики прямо до камней на земле. Звук был вкусный. Если бы кто-то из соседей пришёл домой в этот момент, он бы подумал, что садовый шланг течёт!

Я не торопился, играя последнюю партию дня, а затем попрощался со всеми лужами на земле. Начинало темнеть. Пора было заканчивать. Я снял свитер. Моя майка наконец начала намокать, так ещё нижний край свитера стал мокрым. Поскольку мне пришлось положить майку обратно в корзину для старой одежды (используемую для дальнейшей стирки), она не могла стать намного более влажной без возможности высыхания, поэтому мне также пришлось снять её и положить на радиатор центрального отопления. . Я снял полиэтиленовый пакет с члена и плотно натянул свои почти полностью мокрые трусы на бёдра. Время играть!

Я сел на пол душевой кабинки и подтянул ноги. Я хотел пописить в свои трусики таким образом, но в первый раз сегодня пришлось ждать, когда это начнётся. Немного торопясь, я решил оставить эту позу на следующий раз и встал. Стоя мне гораздо легче писить, и вскоре я уже с интересом смотрел на переднюю часть своих трусов, так как в них вливалось всё больше и больше мочи, теперь уже нисколько не скованной полиэтиленовым пакетом. Я заметил, что цвет моей мочи полностью исчез и стал прозрачным; когда она струилась по белой эмали, то выглядела, как вода. Если бы я вспомнил это тогда, я бы попробовал это на вкус, но я забыл. Извиняюсь! Продолжая мочиться, я потёр свой член через трусы, и он ответил. Теперь я чувствовал себя как сеанс мастурбации, короче говоря. Я никогда не мастурбирую, пока полностью не помочусь, так как после этого волшебство исчезает, и я хочу как можно скорее всё убрать и спрятать.

Быстро нарастало чувство напряжения, и я решил добавить что-то ещё. Я открыл кран и позволил воде достичь комфортной температуры. Затем я перекрываю вентиль (у нас есть отдельные регуляторы потока и температуры; очень удобно!) и вставляю насадку для душа сзади в трусы. Это казалось проблемой, но оказалось очень просто. Наличие этой порции в моём нижнем белье действительно напомнило мне о чувстве после того, как я испачкался! С насадкой между щеками, направленной вперёд, я снова открыл кран и начал растираться. В мгновение ока я почувствовал, что сильно обмочился, и это было больше, чем я мог выдержать. Быстрый спазм, и я пошёл, вернее сказать, кончил. Не сказочный оргазм, но приятный. После всего этого возбуждения мне не хотелось медленно нарастать, особенно потому, что я торопился.

Я намочил нижнее бельё водой, снял его и смыл всё с бёдер и промежности. После душа я вытерся, а потом начал убирать все следы случившегося. Я начал с самых очевидных вещей и продвигался к маленьким следам, которые я оставил почти везде. Примерно через десять минут всё исчезло, и я мог спокойно дышать. Я приготовил что-нибудь поесть, а затем закончил печатать этот отчёт. Никто ещё не появился, так что я мог бы исполнить (чёрт... сейчас звонит дверной звонок... без шуток!)

После обычного шоу с пусканием трёх пьяных людей внутрь и вызовом номера телефона одного из них после того, как он трижды пытался сделать это сам, я заканчиваю этот текст. Я говорил: я мог бы ещё пару раз выскочить на улицу и обмочиться, но с меня уже было достаточно.

Последнее замечание: когда я снова оделся в обычную одежду и готовил еду, у меня внезапно появилось ощущение, что что-то капает в штаны! Моё тело действительно привыкло к мокрым трусикам под юбкой менее чем за два часа. К счастью, этого было немного, но мне пришлось скорее бежать в туалет. Ой, с юбкой так проще...

Тёплые приветствия,

Тинкер
 

EverGiven

Переводчик
Я обоссалась... и что потом....

Неизвестная авторша.

Я была в баре с парнем, с которым встречалась, и выпила несколько бутылок пива. Внезапно меня охватило желание пойти в туалет, как обычно бывает с пивом, но заиграла любимая песня моего парня, и мы ДОЛЖНЫ были танцевать под неё, а потом ещё 3 или 4 раза… так что теперь мне ДЕЙСТВИТЕЛЬНО нужно [вперёд], но когда мы сходим с танцпола, мы натыкаемся на... его родителей! [Я ненавижу, когда сталкиваюсь со своими родителями, когда тусуюсь в баре.] Я ещё не виделась с ними, с его родителями, поэтому он должен представить меня, а я должна сделать стандартные приветствия и обязательную беседу, и к настоящему времени я ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ОЧЕНЬ хотела пи-пи!!! Я, наконец, вырываюсь от них и бегу в дамскую комнату... только для того, чтобы наткнуться на длинную очередь ожидания - ну, я понимаю, что есть вариант без ожидания, поэтому среди протестов я перерезаю очередь и направляюсь к облегчению ... увы - слишком поздно!

Да, я намочила штаны всего в нескольких шагах от того, чтобы благополучно добраться до кабинки туалета. Ну, теперь мне так неловко, что я сижу в углу всё время, а потом время закрытия, так что я должна в итоге выйти наружу. Думаю, я в порядке, потому что на мне чёрные джинсы, и никто не увидит моё мокрое пятно. Я выхожу на улицу со своим парнем и его родителями, где мы беседуем на парковке, глупо, потому что на улице мороз. Вскоре после этого, к моему ужасу, я замечаю, что все недоверчиво смотрят на [эту область]...........я тоже посмотрела вниз и увидел пар, поднимающийся от впитанной влаги и моего "тепла" внизу.

Я не помню, что произошло после этого, потому что я всё ещё страдаю синдромом посттравматического стресса, но мой терапевт говорит, что со мной всё будет в порядке... настанут ли эти времена?
 
Верх